Коридорные дети

Как потом выяснилось, мужикам было под сорок, и это была легенда тяжелой областной музыки – группа «Армагеддон».

– Простите, – робко начал Соловей. – У вас стаканов не найдется?

– А вам под чай или под водку? – уточнил один из участников «Армагеддона».

– Под водку… – стеснительно ответил Соловей.

– Водку мы пьем из таких, – волосатый тип предложил несколько пластиковых формочек.

Кажется, раньше в них был йогурт – что поделать, в те годы одноразовую посуду выпускали не в достаточном количестве.

– Не волнуйтесь, все стерильно, гарантирую. А вы, молодой человек, вообще, кого представляете?

– Я из группы «Коридорные дети».

– Да? Ну, зовите сюда своих детишек, познакомимся.

Соловей позвал «детишек», которые были отнюдь не прочь познакомиться с легендарным «Армагеддоном». Спустя какое-то время «дети» осмелели и под «большой стакан» начали играть «отцам» свои произведения. «Отцы» слушали внимательно. Среди прочего были спеты и такие строки:

Зажигают свет в домах,

В них становится светло,

Света много в городах,

Но в душе моей темно.

– Ребят, а вам сколько лет? – поинтересовался кто-то из металлистов.

– Мне семнадцать! – сказал Соловей.

– А откуда такой пессимизм в словах? Жизнь-то намного лучше!

– Можно подумать, в ваших песнях позитив. Одна кровь и мертвецы!

– У нас это рамки жанра.

– А у нас – нормальная древнерусская тоска, – помог другу Чалый. – Наливай!

В целом дальнейшее общение с металлистами прошло на отлично.

Как выяснилось, в «Армагеддоне» умели писать восхитительные любовные баллады, а «Коридорные дети» отметились парочкой веселых песен о своей разгульной жизни.

На репетицию и те, и другие отправились довольно-таки разогретыми. Соловей вышел на сцену, подошел к микрофону и зачем-то в него дунул.

– Купи себе трубу и в нее дуй! – рявкнул разгневанный звукорежиссер. – Ты что, сольно будешь выступать? Где состав?

– Сейчас, они за гитарами пошли…

Через пару минут на сцене появился Чалый, который мыслями явно был где-то далеко, потому что подключение гитары в его планы не входило.

Хорошо, что Федор Иванович быстренько «воткнул» Чалого и себя. Репетиция началась. Сыграно было все по программе: «Босиком по траве», «О Кавказе», затем многострадальная «Смерть»:

Пройдет любовь, пройдет и жизнь,

Наступит самый полный мрак.

Из всех дорог дорога вниз

Оставит на камнях свой знак.