Космофауна. Зверь беглеца

– И что же? Поймал? Чем, интересно? Старым сачком?

– Чтобы поймать востроскручу, судрь, используют, судрь, обычный челнок-упряжку! Только родную востроскручу через радио-упряжь отправляют гулять где-нибудь, или гравитацию блюсти. Чтобы не отпугивала от своей территории. Потом приоткрывают упряжь и манят дикую, судрь, особь плутонием или радием, как лошадь сахарком. Очень, судрь, на гамма-излучение они падкие!

Сравнение про сахар Семён взял не с потолка. Лошадь, точнее, старая кляча, водилась у старика Фомича в дальнем углу жилого сектора.

– Слышал об этом, – соврал Вован и метнулся к замеченному боровику, но Семён опередил его.

Пару секунд друзья молча боролись в гляделки, после чего гриб всё же отправился в кузовок Вована. Семён продолжал:

– Во флоте у нас тогда находилось, если не путаю, уже семь фрегатов, два десятка шхун, а на поддержку пришёл крейсер «Инженер Номоконов». Это была соседняя с Уфой пустая звезда, не помню название. Красный карлик с двумя газовыми. Наш флот, судрь, растянулся по орбите вокруг второго гиганта, где красно-полосатых в изобилии.

– И накормить галлочикой? Космической курицей?

Семён приостановил рассказ и стал рассматривать красные ягоды.

– Не думаю. Некоторое время их нужно держать голодными и сидеть рядом, чтобы привыкли к твоему характеру. Они же, судрь, на расстоянии чуют. Как считаешь, коллега, эти ягоды съедобны?

Вован почесал затылок:

– Поскольку нам рекомендовали собирать грибы, а про ягоды ничего не говорили, полагаю, их лучше не трогать.

Они начали спускаться в пологую впадину, поросшую кустарником. На их пути встала металлическая сетка, натянутая на колышках и местами поваленная.

– Смотри, тут заборчик, – обратил внимание Семён.

– Это да, такие делают для, судрь, обустройства лагерей на Кунгуре. Син Хун Пень что-то бормотал про это. Говорил, что лучше туда не лезть.

– Но мы, конечно же, залезем!

– Разумеется, – сказал Вован и перешагнул через ограду.

– Они отчалили из челночного ангара и поплыли на ракетной тяге в магнитосферу гиганта. Потом разминулись, отцепили упряжи, легли в орбитальный дрейф и стали приманивать. Часа три они крутились по орбите с промежутком в пятьсот километров, и, наконец, к челноку дедушки подлетела красно-полосатая. Долго кружила вокруг приманки и села на неё дном.