Космофауна. Зверь беглеца

Но время поджимало, денег на проживание в столице у небогатого поэта становилось всё меньше, а душевное состояние после получения судебных документов не располагало к обдуманным действиям.

Егоров очень скоро не выдержал взгляда Императора. Нервно пригладил поредевшую шевелюру, отвернулся и уставился в комод, старинные завитушки которого подсвечивались голограммами с подписями ящиков. "Бумажные документы", "Чайные принадлежности", "Личные вещи" – строго и педантично. Мрачные стены адвокатского бюро «Коробейников, Филимонов и партнёры» давили на поэта и вызывали у него в голове нецензурные рифмы.

Егоров чувствовал себя виноватым, хотя совесть его была чиста.

Адвокат первой гильдии Филимонов надул щёки, отложил на стол две электронные бумажки с многотомными делами клиента и изрёк:

– Дело – швах.

– Как это – «швах»? – удивился поэт.

Филимонов встал и подошёл к окну, заложив руки за спину.

– Ну, господин Егоров. Вы же поэт, мастер слова. Должны знать эти старинные обороты.

Плохо дело. По семейному кодексу придраться к заявлению вашей бывшей супруги невозможно. Платите алименты за пропущенные два года.

– Но ведь дети?.. – приуныл Егоров.

– Два замечательных мальчика-близняшки, судя по голографиям. Сколько им, три? Да, они, скажем так, негроидной расы. Цвет кожи и черты лица проявились не сразу. Но ведь когда они родились, вы были в браке? Признали отцовство?

– Да, признал.

– Но мальчики сначала были белокожие, так?

Филимонова, судя по выражению лица, казус со сменившими цвет младенцами даже не забавлял и не удивлял.

Видимо, такие дела в его практике либо уже встречались, либо вообще не были редкостью. Егоров поморщился. Тема обсуждения ему приятной не казалась.

– Я же подумать не мог, что они со знакомым хирургом произведут модификацию младенцев… Нет, конечно, я желаю им здоровья, даже немного скучаю по ним последние пару лет, но это же…

– Не ваши дети? А вы сможете это доказать? У нас защита боди-модификантов.

Вас вся эта чепуха сейчас должна волновать в последнюю очередь, милейший. Сколько, говорите, она с вас требует?

Адвокат подхватил со стола бумажку с исковыми заявлениями, но Егоров опередил его.

– Триста пятнадцать тысяч союзных кредитов.

– М-да, около шести тысяч суздальских «червонцев». У вас есть такие деньги? Вы же получали хорошую пенсию до того, как поменяли гражданство два года назад?

Егоров сжал губы.