Тысяча лун

Ему было на вид лет сорок, и я подумала, что женщины в городе, наверно, считают его красавцем. Помощники его были весьма обтрепанны. Одного из них я узнала – теперь, вблизи. Фрэнк Паркман. Закадычный дружок Джаса Джонски.

Я сама удивлялась, как это стою и думаю про все такое и не отвечаю шерифу Флинну.

Шериф Флинн спешился, поднялся по ступенькам на крыльцо и, оказавшись рядом со мной, поднял правую руку. Теперь я думаю, что он хотел пожать мою. Это было так неожиданно, что мне показалось – он хочет меня ударить, и я отшатнулась, споткнулась о винтовку и плюхнулась.

Тут же вскочила. Медведю или койоту показывай, что ты его не боишься. Для стрельбы у шерифа был блестящий, начищенный пистолет за поясом, и это значило, что он, как выразился бы Томас Макналти, kittoge, левша.

– Илайджа тут? – спросил шериф Флинн.

– Она думает, что ее сейчас вздуют, – со смехом сказал Фрэнк Паркман.

– Заткни свое поганое хайло, Паркман, – сказал шериф Флинн. – Или я тебя самого вздую, болван ты этакий.

Но он не стал продолжать. Тут из-за угла как раз вышли Томас Макналти и Джон Коул, а с другой стороны дома – Лайдж Маган. Все трое были в черной земле, поскольку боронили. На ногах у них были сапоги из черной земли – не настоящие, конечно. Мужчины возвращались домой ужинать после долгих-долгих часов работы.

– Здорово, Илайджа, – сказал шериф Флинн.

– Даров, – ответил Лайдж Маган.

Шериф облокотился на перила крыльца и расслабился. Это был сигнал его людям, чтобы они тоже расслабились.

Фрэнк Паркман спешился, прицепил поводья себе на локоть и принялся набивать табаком глиняную трубочку, вынутую из кармана. Я не знала, что думали Томас и Джон Коул, но они решили дать отдых ногам и сели в старые кресла на веранде, а сам Лайдж Маган занял позицию вроде часового у темного входа в дом. Он быстренько захлопнул входную дверь свободной рукой, не глядя.

– Что, в этом году опять табак будешь сажать? – спросил шериф Флинн, даже не спросил, а констатировал.

И кивнул на черную землю, пометившую пахарей.

– А то, – сказал Лайдж.

– Ты посадишь, я покурю, – сказал Фрэнк Паркман, пыхтя трубкой.

– На свеклу нынче спросу нету, – сказал Лайдж. – Я думал, может, кукурузы немножко посадить. Может, выручу центов сорок за бушель. Бог знает, выйдет ли. У меня или у кого другого.

Шериф долго молчал, а Фрэнк Паркман стоял с полуулыбочкой, посасывая трубку.

У меня так и чесались руки подобрать винтовку.