Себастьян Бах. От Skid Row до Бродвея

Она умерла примерно через год после нашей встречи. Нам так и не удалось поужинать. Я до сих пор слушаю «Poetry Man» и другие песни, особенно в самолетах, в машине. Ее голос успокаивает. И каждый раз, когда его слышу, жалею, что игнорировал приглашения.

Мама с сестрой готовили картошку фри, танцевали и пели «Fire» Джими Хендрикса. Я тогда пешком под стол ходил, но уже все впитывал. Радость. Смех. Восторг. Музыка всегда доставляла мне удовольствие.

Пожалуй, самое первое воспоминание о пении связано с «Puppy Love» Донни Осмонда.

Мама приглашала друзей со всей округи, ставила меня на кухонный стол, и я пел. Однажды во время исполнения «Puppy Love» мы увидели в окно пожар в доме неподалеку. Все бросились на улицу, а когда вернулись, я продолжил. Мама плакала, когда я пел.

А еще я как-то раз исполнил «Emotional Rescue» The Rolling Stones. Сидя на заднем сиденье маминой машины, я подпевал Мику Джаггеру:

Я буду рыцарем в сияющих доспехах

И окажу тебе эмоциональную поддержку.

Ты будешь моей, ты будешь моей.

Мама и ее друзья просили: «Себастьян!! Спой еще раз! Спой еще! Еще раз!»

А я смеялся и вел себя так, словно я и есть Мик Джаггер. Именно так мне казалось.

Благодаря чему я на самом деле полюбил пение?

Церковь.

Знаю. Кто бы мог подумать.

Когда мне было восемь, мы жили на Донегол-стрит в Питерборо. После школы я играл с друзьями или гонял на велике, ездил на заднем колесе и учился тормозить с заносом. Как-то раз я торчал перед домом, а мимо на велосипеде проезжал мой приятель Диксон Дэвидсон.

– Здоро?во! Слушай, я пою в церковном хоре! И если уговорю и тебя там петь, то получу три бакса! ПЛЮС они каждый месяц будут платить ТЕБЕ стипендию!! Ну, если ты, конечно, пройдешь прослушивание!!

Что это за хрень такая – стипендия?

Одно из самых ярких воспоминаний родилось именно тогда. Я обернулся. Посмотрел на небо. Обвел взглядом улицу и подумал:

Чегооооо? Мне будут платить?? За пение?!?

Диксон такой: «Ну, давай же!! Погнали!! Прямо сейчас!!»

К идее я отнесся скептически, но сел на велик и все же поехал за Дэвидсоном.

У нас к спицам были примотаны бейсбольные карточки. Создавалось ощущение рева мотора.

Так я ступил на этот путь.

Мы мчались по кварталам провинциального канадского городка к англиканской церкви Всех Святых. Диксон провел меня вниз по ступенькам в подвал, где репетировал хор. Мужской. Партии сопрано, альта, тенора и баритона. Хормейстером был мистер Брайан Снелл.