Себастьян Бах. От Skid Row до Бродвея

Высоко под потолком в задней части зала. Далековато от сцены, подумал я. Но большой роли это не играло. На разогреве выступали New England, я в полном восторге разглядывал толпу зрителей. Мое окружение. Это мой мир. Меня распирало от возбуждения. Как говорится, я был счастлив уже оттого, что просто нахожусь там. Но что я понимал… у отца были другие планы.

Папа тогда совершил самый неожиданный поступок. После выступления New England мы сидели на своих дерьмовых местах, смеялись, глазели по сторонам, снова одной семьей, снова вместе.

Ели хот-доги с колой. Отец ни словом не обмолвился о том, что собирался предпринять. Теперь я понимаю, он просто не хотел, чтобы охрана заметила, где мы сидели. Он никому ничего не сказал. На дешевых местах нам сидеть не пришлось.

После перерыва свет гаснет.

KISS собираются разнести город к чертям.

Отец хватает меня. Поднимает на руки. В темноте все взгляды прикованы к сцене. Звучит проигрыш, и, когда крики толпы достигают беспрецедентных децибел, из динамиков вырывается низкий демонический басистый рокот.

– Мы не будем сидеть ЗДЕСЬ!!! – отец пытается перекричать эту вакханалию. Я понятия не имею, что происходит.

Затем, схватив одиннадцатилетнего ребенка, отец перепрыгивает через перила сидений на танцпол. Он держит меня так же, как учил держать футбольный мяч. Как батон хлеба. Под мышкой. Мы оказываемся в самом конце танцпола. Папа изо всех сил несется к сцене, стараясь не попадать в поле зрения охранников. Хотя те слишком заняты, наблюдая за тем, как зажигают KISS.

Мы оказываемся в самом начале десятитысячной толпы, в первом ряду танцпола. Я поверить не могу в то, что происходит. Зажатый другими фанатами, отец сажает меня к себе на плечи. Теперь я на одном уровне с моими кумирами, всего в нескольких метрах от них. KISS!!!!!!!

Мы стояли так близко к сцене, что, когда пиротехника начала извергать огонь в канадскую ночь, я почувствовал жар на коже. Меня обожгло. Я даже вспотел. Буквально принял рок-н-ролльное крещение огнем.

К тому времени, когда KISS добрались до «Calling Dr. Love», я плакал на плечах отца. Как те девчонки, рыдающие на концертах Beatles, я испытывал смесь самых разных эмоций. Волнение, удивление, испуг, восторг, ужас. Все слилось в одну истерику. Я никогда раньше не испытывал ничего подобного.

Папа, вооружившись своей вездесущей камерой с объективом Leica, безостановочно фотографировал. Кадр за кадром. Боже, какое счастье, что он все снимал.