Наследник императора 2

Он понял, что заседание окончено и решил покинуть зал. Аристон заметил это и поспешил за ним.

– Спасибо за компанию, Аристон, – бросил Аппий вслед Аристону. Вместо ответа Аристон слегка улыбнулся и махнул ему рукой.

Аристон так торопился, что чуть не запутался в тоге и не упал лицом вниз, но быстро справился и нагнал своего друга. Когда они вышли, Аристон одобрительно похлопал императора по плечу и выдохнул.

– Ты это серьёзно? – Спросил Аристон.

– Серьёзнее некуда! – Ответил энергично император. Было видно, как он возбуждён.

– Ты не боишься последствий?

– Если честно мне плевать, – сказал Эмилий. – Я снял с себя обузу и теперь чувствую себя намного легче. Ты сам мне посоветовал так поступить, поэтому не надо меня упрекать. Я поступил правильно, ясно? Теперь у меня будет больше времени, чтобы заниматься мирскими делишками и радовать народ своим присутствием.

Император остановился возле носилок и повернулся к Аристону. Несколько секунд его лицо выражало то восхищение, то задумчивость.

– Как тебе Аппий Кезон? – Наконец спросил император.

– Мне он показался слишком дерзким и неучтивым, – честно ответил Аристон. По правде, молодой сенатор оказал на него, в конце концов, отрицательное впечатление.

– А мне напротив, очень приочень понравился, – игриво проговорил император. – Я ценю дерзость и юмор в людях. Этот парень такой простой, не пыжится, он тот, кто есть и не играет роль льстивого жополиза.

Аристон слегка расстроился. Что-то вроде ревности в нём проснулось.

Он не хотел, чтобы его заменили на кого-то Аппия Кезона. Признаться, он стал собственником.

***

После успешного совета, император и наследник престола тут же направились восвояси на Палатин во дворец. После своего первого присутствия на заседании Сената, Аристон не ощущал практически никаких эмоций, кроме тех, что подарил ему Аппий Кезон. Это воистину дерзкий и избалованный мальчишка, который не видит никаких границ субординации. Так разговаривать с императором – это недопустимо.

По крайней мере, так считал Аристон. Скорее всего, он был озабочен не нахальным поведением Аппия Кезона, а тем, что он понравился императору. Аристон встряхнул кучерявой головой, чтобы отвлечься от неприятных мыслей.

Император передал фактически всю власть в руки Сената – это Аристон считал опрометчивостью и легкомыслием. Когда он говорил, что август должен уменьшить бремя государственных функций с себя, он не имел в виду, что все полномочия нужно передать Сенату.