Одиночество контактного человека. Дневники 1953–1998 годов

1943) – писатель. Наиболее творческими оказались 1970–1980 гг., когда, по сути, он написал все, что составило его известность. Из трех книг («Школа для дураков», «Между собакой и волком», «Палисандрия») самым совершенным остается дебютный роман, заслуживший похвалу В. Набокова. Родился в Канаде, жил в Москве, Австрии и Америке, которым предпочел Канаду, где окончательно поселился в 1977 г. Упоминание романа «Между собакой и волком» связано с публикацией книги на Западе в том же 1980 году, что и аксеновский «Ожог».

], его книгой «Между собакой и волком». Ваське 47 лет. Мы очень мало виделись последние годы, а душа, душа болит.

29.6.80. Фред был у Васьки Аксенова, которого теперь все «патриоты» называют Гинзбургом. И не иначе.

Васька уезжает. Купил дом за 35 тыс. для сына, дача какого-то маршала в Переделкино. Дома – иностранцы, Белла Ахмадулина с Борисом Мессерером. И жена Майка[73 - Кармен (Змеул) М. А. (1930–2014) – вторая жена Аксенова.], которой, как Васька сказал, он обязан жизнью.

Много говорили обо мне. Он сказал: «Сене этого романа («Ожога») не понять. Он этого не пережил[74 - Возможно, Аксенов не забыл – и не простил – письма, посвященного роману «Любовь к электричеству», который отец назвал «„лучшей“ его „вещью“» (запись от 6.6.71).]».

Рад был Фреду, прислал пьесы и книжку с трогательной – религиозной – подписью.

Молился истово, ставил свечки – как много изменилось за эти 25 лет![75 - Ф. Скаковский так дополняет запись в дневнике: «Вася посадил меня в свою «Волгу», и мы поехали.

«Сейчас, – сказал он, – я представлю тебе свидетельство близкого краха советской власти». Мы остановились около переделкинской церкви, вышли из машины и вошли в храм. «Посмотри, какие мамки, – сказал Аксенов, показывая на совсем юных девушек среди молящихся. – Это и есть наше будущее». Потом мы с Семеном удивлялись его пафосу, но что было, то было». (Запись разговора с Ф. Скаковским по скайпу от 15.1.17.)]

Вот она, моя молодость, мой лицей.

24.7.80. Уехал Васька с женой Майей, с ее дочкой, зятем и внуком. Целый кортеж. Что-то кончилось сразу, отпал целый пласт и моей жизни, как все странно – и даже невероятно!

19.10.81. Ст. Рассадин о Васе. Он признает только рассказы, могла быть одна хорошая книга. Но вся его проза третична. Он не русский писатель, его традиция – Апдайк, Олби. Рассадин очень высоко ставит Войновича. Особенно первую часть Чонкина и «Иванкиаду».