Я всё ещё человек

 – Что в них такого?

Помялся-помялся, говорит:

– В них, типа, очень редкий наркотик. И обтачивается легко, как янтарь. Погранцы на Периметре не в курсе, думают, лазурит накопали и везём на ювелирку, у них это разрешено. Ну, в крайнем случае – пару сотен лайков на лапу… Пустите вы меня, а?

Конечно, не пустили, дали строгача в шахтном посёлке, три месяца. Скорлупки отобрали и сдали в лабораторию – пусть их изучат на предмет чего полезного. Авось потом перегонят, чтобы безопасно было, и таблеток наделают. Из изъятого у браконьеров можно делать хоть чего.

Ну, я не об этом.

Вы, наверное, в курсе, что северный Ксанф к третьему веку уже исхожен вдоль и поперёк. Поговаривали, что на Ксанфе уже сотня деревень тайкунских и хиндийских беженцев, или как там они себя называют, но лично мне ни разу за вахту не попадались. А всего что-то похожее на поселение накрывали в тех краях всего пару раз за мою карьеру. Это много и плохо. Весь континент – один большой заповедник второго типа. Материк когда-то называли Новоавстралией, но название не прижилось.

А всё потому, что фауна там как у земной Австралии – реликтовая и сильно отличается от привычной нам на остальных семи континентах. Туда даже птички не особо суются, с их князьками договор, у них страшные легенды про Ксанф. Хотя те, что из летающих и тупоголовых кочевников Новоафрики, конечно, залетают и гнёзда вьют. Но, так или иначе – Новоевропейский кластер расселения всего в пяти днях на глайдере, в одних только Варшаве с Антантой под сто мульёнов человек, и из каждого глайдерпорта найдутся нелегальные экскурсии для "туристов" за бешеные бабки.

Лови, мочи браконьера – не хочу. Так или иначе, для того наша биополиция и создана.

* * *

Всё началось с того, что Национальный институт биологии Периметра Варшавы объявил грант в триста мегалайков за описание самца трёхногого палача. Очень что-то их волновало, как эти твари размножаются. Со спутников, зондов и коптеров-разведчиков никаких признаков, что у них есть самцы, не обнаруживалось.

Мы уже понимали, что по уровню развития трёхногие палачи – вернее, палачихи – приближаются к стайным земных хищникам вроде волков. Получаются, из беспозвоночных – самые умные твари, что мы встречали на четырёх известных нам планетах.

(Вы, наверное, спросите, какого хрена мы называем местных птиц и зверей "позвоночными" – ну, так получилось. Зачем-то эволюция на всех колонизированных планетах захотела идти по очень похожим путям.