Белорусский набат

Отдал приказ – пошли, поговорили со всеми колорадами на земле, мол, если вы там хотите на аквафреш[11 - Жаргонное название русского флага у бандеровцев.] дрочить – дело ваше, но не надо с этим на улицу выходить. И вообще – возбухать не надо. Чревато. И все… Все довольны, все гогочут. И никаких беспределов – как в Донбассе, которые нам до сих пор икаются. Даже не замочили никого. Как это е…ное СБУ, которым дай волю, они пол-Киева закроют.

…

– Но вот скажи, Саш. Какого черта вот эти вот волки должны работать на меня за две сотни долларов зарплаты, а? Почему бы им не пойти в рэкет, скажем?

– И ты сам стал рэкетиром…

Генерал откинулся на стуле.

– Не я стал, Саш. Система такая. Либо ты ей соответствуешь, либо – досвидос. Вы уже попытались по-своему рулить. Под Донецком, под Харьковом, под Луганском, под Одессой – сколько ям оставили? А? Сам поди не знаешь? А ведь отвечать придется. Сколько пацанов в землю положили? Революционеры, б…

Генерал наклонился вперед… они оба – и следователь, и задержанный – давно перешли на с детства знакомый и привычный в общении русский и даже не замечали этого.

– Вот скажи мне, как я должен рулить системой без этого – а? На мое место встань. Бизнеров все равно будут обирать, не мы – так синие[12 - Уголовники на профессиональном сленге. Такое название обусловлено обильными татуировками, которые, как известно, синего цвета.]. И все те пацаны, которые в Киеве порядок обеспечивают, переметнутся к синякам. А я останусь с шоблой неприкаянной, которая по жизни с женой справиться не может, не то что с криминальной обстановкой в городе.

А с теми же начальниками РУВД мне как прикажешь быть? Как обеспечивать управляемость – при том, что половина по жизни контуженная, у каждого свои тараканы в голове. А так – каждый знает, сколько он должен наверх отстегнуть. И что будет, если он не отстегнет. И если он будет хорошо работать, то остальное – ему. А если на его земле головняки будут – то он вылетит из системы вверх тормашками и будет кто-то другой. Так что каждый кровно заинтересован в том, чтобы поддерживать на своей земле порядок. И получает при этом достаточно, чтобы не идти в рэкет или в какую иную движуху.

…

– Ты помнишь обстановку несколько лет назад? На улицу было не выйти. В квартиры вламывались, каждое утро по городу по десять-пятнадцать трупешников собирали. По Банковой из миномета засандалили. Стволов в городе – что грязи.