Добудь Победу, солдат!

 – на улице полная канистра!

Санька на выходе столкнулся с Арбеновым, а следом вошел мичман Михаил, и Парфеныч, отвечая на вопросительный взгляд командира, сказал:

– Да не пьяный он, мы еще не начинали, тебя ждали!

– А что, будем начинать? – обрадовался Чердынский. – Ты же клялся, Парфенон, что НЗ весь вышел!

– Так ведь командир паек получил, ну, и… разрешил.

Мичман, присаживаясь к столу и продолжая прерванный разговор, обратился к Камалу:

– Так значит ты из Гурьева? Знаю я этот город.

Он подождал, пока Парфеныч разольет по кружкам водку и сказал:

– Я с Черного моря, а ты с Каспийского! А в этом самом Гурьев-городке я в госпитале отлеживался после Севастополя! Получается, братишки мы с тобой!

– А я, кстати, – сказал Камал, – бывал в твоем Севастополе.

Давно, правда, в двадцать седьмом году, пятый класс тогда закончил. Направили меня в пионерский лагерь, в Артек, он только открылся в тот год. Ну и там наш отряд занял второе место в военной игре и нас, звеньевых, в виде поощрения послали в Севастополь на флот, на военные корабли. Я там даже отстоял боевую вахту на крейсере.

– Ну, тем более братишка! А ты говоришь! – мичман почему-то смотрел укоризненно на Ольгу.

В это время Санька, стоявший за их спинами с канистрой в руках, вставил пренебрежительно:

– Ха, братишка! Где Черное море, а где Каспийское?! Два лаптя на карте!

Мичман поставил кружку на стол и сказал сурово и осуждающе:

– Чтоб ты понимал в морской географии?! – посмотрел, обернувшись, на парня уничтожающим взглядом и добавил с презрением:

– Чукотка!

– Вот это в точку, – с радостью подхватил Чердынский, – Чукотка, он и есть Чукотка!

– Ну, – мичман поднял свою кружку, – за победу, и за тебя, братишка!

Мичман не стал закусывать и сразу засобирался и всем по очереди пожал руки, пообещал прислать старшине в подарок тельняшку, как же морскому человеку без тельняшки и, пожимая руку Саньке, сказал с улыбкой:

– Пока, Чукотка! Изучай географию!

Глава 11

Гитлеровцы закрепились на занятых ими позициях накрепко, и второй день не удавалось выбить их оттуда, потому что, ослабив натиск на других участках, они под прикрытием танков все время подтягивали сюда подкрепление и пытались прорваться вглубь обороны.

Прошлой ночью удалось отбить одну боковую траншею, но потом пришлось оставить ее, так как людей было мало, а с других участков снять даже десяток бойцов было невозможно.