Добудь Победу, солдат!

– И все-таки, Гейер, почему ты не веришь в нашу победу?

– Если хочешь, я объясню тебе. Но тогда слушай внимательно и не перебивай. Да, мы выполняем некую миссию. Да, немецкий солдат – лучший в мире. Но русский солдат не менее храбр, я думаю, ты убедился в этом на личном опыте.

– Не отрицаю, это так. Мне непонятно их упорство, даже фанатизм.

Хохенштауф наполнил стаканы и продолжил: – За что воюет немецкий солдат? Если отбросить всю эту пропагандистскую чушь, то ответ будет короткий. За кусок земли, который он надеется получить после победы.

За рабов, которые будут работать на этой земле, кормить и развлекать его. То есть, за большой, жирный кусок свинины. А за что воюет русский солдат? Он защищает свою родину! Давай, выпьем!

– Идем дальше! Что такое родина для немца? Это земля, территория, на которой находится его дом, кирха и мэрия. Для немца родина – понятие географическое! Так вот! – продолжил Хохенштауф, закуривая. – Что такое родина для русского? Родина для русского – это живое существо.

Ты видел русские листовки? Там изображена женщина в красном платке и рабочей телогрейке и надпись! Ты ведь неплохо знаешь русский язык и читал эти слова. Напомнить, Герберт! Там написано – Родина-мать зовет! Мать – понимаешь? Так вот, сейчас эта суровая женщина стоит за спиной каждого русского солдата! И поэтому они не уйдут отсюда!

– Но мы их всех уничтожим! Их осталась горстка на этом пятачке, там едва наберется тысяча солдат.

– Да, может и того меньше. Против пяти наших полнокровных дивизий.

Уничтожим одних – придут другие. Вырастут из земли.

– У русских уже нет резервов. Я слушаю радио, об этом говорят все радиостанции. Они истощены, и последние из них держатся на фанатизме, на большевистской пропаганде.

– Слушай радио, но знай! То, что говорят Геббельс и Гитлер – вранье. Они оба врут! Но это необходимое вранье, это нужно, чтобы поддержать в немецком солдате его веру в победу. И еще совет – слушай русское радио. Сейчас только большевики говорят правду.

– Конечно, Гейер, ты имеешь право на свою точку зрения.

Но ты слишком откровенен и это опасно. Сейчас в каждое подразделение прислали СС-овцев. Они вынюхивают и доносят, уже даже расстреливают неблагонадежных.

– Не бойся за меня! То же самое я говорил фюреру, и он во многом согласен со мной. Не удивляйся. Я, конечно, не являюсь его личным другом, но пользуюсь его полным доверием, и я это доверие оправдываю. Правда, его последнее задание мне не удалось выполнить.