Гуслицы Старообрядческие. Сокровищница древлего Православия

Те записи, которые делала новообрядческая церковь, скорее всего, занижают их численность. В 1840 году Воскресенская церковь делает запись о количестве прихожан в ведомости…

23 июня 1900 года священник церкви села Гуслицы Александр Глаголевский совершал общественный молебен на улице в приходской деревне Бодоговой перед принесенными из гуслицкого храма иконами. В это время крестьяне старообрядцы с пением Святой Боже несли мимо своего покойника. На имя митрополита Московского и Коломенского ушло письменное обращение с просьбой наказать виновных, защитить приход от «таких дерзких выходок, которые соблазняют многих колеблющихся».

Здесь же упоминалось о том, что пение на улицах и площадях старообрядцам воспрещалось.

Крест восьмиконечной формы с добавлением по краям иконок, Гуслицы, XVIII век

Благочинный, священник села Карпова Михаил Розанов, проводил дознание и подтвердил, что при прохождении мимо новообрядческой службы старообрядцы запели «много громче и заглушили чтение и пение», добавляет, что несли этой дорогой покойника специально, ранее носили другой.

В зачинщики попадают уставщик Дементий Большаков, Иван Филиппов. На основе этого было направлено письмо Генеральному губернскому прокурору. Через полгода пришел ответ прокурора духовной консистории: «Имею честь уведомить, что ни в уставе, ни в уложении о наказаниях не имеется закона, предусматривающего наказания за деяние раскольников. Не имею возможности возбудить против них уголовного преследования».

Рядом с Воскресенским храмом села Гуслицы внутри церковной ограды находилось старое кладбище, которое «оказывается неудобным для дальнейшего употребления, потому, что при рытье могил редко обходится без того, чтобы не потревожить старые могилы, а иногда с довольно свежими гробами». Нужно было место для нового кладбища. Выделение земли продолжалось долгих 9 лет – с марта 1863 по декабрь 1872 года, которые прошли в ожесточенной борьбе за выделение участка.

Притч церкви через члена Правительственного синода, митрополита Московского и Коломенского Филарета и Московскую духовную консисторию обратился в Московское губернское правление с просьбой о выделении земли для погребения около юго-западной стороны церковной каменно-металлической ограды.

Объяснялся выбор места близостью к церкви, что было удобно для совершения похоронных обрядов и наблюдения за захоронениями.