Между Мирами

Снаружи тут же показались каштановые локоны. В сумерках я не рассмотрел выражения ее лица, но девушка бесстыдно высунулась по пояс, чтобы продемонстрировать, что она без платья.

Здесь у меня кончились все слова, какие можно было ей сказать. И комплименты в том числе, потому что формы, которые до этого времени скрывало ее лимонное платье, захватывали дух.

Я настолько долго пытался подобрать подходящее описание для ее форм, что девушка не выдержала, оперлась локтем на подушку и призывно качнула парой спелых дынь.

Не меньше.

– А я заждалась, – своим чарующим голосом она просто ввергала меня в транс. – Профессор так неожиданно нас прервал. Мне так не нравится, когда меня прерывают.

Ее ладонь медленно скользнула под одеяло и цепкие пальцы ухватились за трусы, готовые в любой момент стянуть их. Я почувствовал, что вспотел. И по-прежнему не мог вымолвить ни слова.

Губы принцессы вдруг оказались в считанных миллиметрах от моего лица и его тут же обдало горячим дыханием:

– Если бы я вдруг сказала отцу, что кто-то посмел ослушаться меня, он бы вас тут же наказал, – она коснулась мочки уха, чуть прикусив ее, и тут же добавила.

 – Шутка. Здесь только я могу наказывать.

Ее шепот возбуждал и она это явственно ощущала, начав мурлыкать, пока ее шаловливые пальчики не лишили меня последней линии обороны.

– Интересно, в вашем мире это происходит так же…. Интересно? – она приблизилась еще немного, коснувшись моего тела твердыми возбужденными сосками.

Ее императорский прием явно мог исправить день.

И предыдущий тоже. Вдруг она надула губки и убрала ладонь с причинного места.

– Ты такой… холодный! – нашла она подходящее слово. Провокаторша.

Но она уже сделала свое дело. Я повернулся к ней, положив ладонь на идеальный плоский живот и чуть сдвинул ее ниже:

– У нас это происходит еще интереснее, – и сбросив одеяло на пол, тут же оказался сверху.

Глава 22. Непростой выбор

Сказать о том, что я выспался и отдохнул – значило бы лишь одно. Я – наглый врун.

Заснул я в начале шестого утра, еще более уставший физически, но зато восстановившийся морально.

Совесть моя теперь была совершенно чиста. Лиза сама дала от ворот поворот, решив, что у нас с Анной что-то было. И, как человек свободный, я имел полное право воспользоваться возможностями, которые принцесса мне так охотно предоставила.

У меня не было времени спросить, как это происходит в их мире, но она лишила меня сил. Впрочем, без подробностей.