Между Мирами

– Так кого же мне бояться? Кто еще мог прийти с той стороны? Афганские наемники? Чукотские снайперы?

– Хватит ерничать, парень, – холодно отреагировал шпион, причем таким тоном, что одновременно вернул мне способность говорить без подколок – хотя я сам себе еще пять минут назад обещал, что не докачусь до этого.

– Хорошо, – согласился я, не моргнув и глазом. – Так кого мне не стоит бояться, хотя на самом деле наверняка стоит?

– Мы поймали некоторых.

– Стоп! Кто такие мы? И сколько этих самых некоторых?

– Некоторые – это парочка недоумков.

Большего тебе пока знать не следует. Помни лишь, что остальные могут, во-первых, быть умнее, а во-вторых, лучше маскироваться. Ты уверен в своих друзьях?

– На все сто, – ответил я без раздумий. Ответ, кажется, удовлетворил Павла.

– Хорошо. Очень хорошо, что ты в них не сомневаешься.

Из приоткрытого окна донесся смех и что-то проревел профессор.

– А, Григорий Авдеич, – еле заметно улыбнулся шпион. – Его голос я узнаю сразу.

К тебе у меня одна задача – беречь принцессу.

После сотого упоминания титула, мне вдруг показалось странным, почему у нас всегда были князья и княжны, а здесь постоянно – принцессы. Но времени уточнять не было. Поэтому я просто кивнул.

– И будь начеку.

– Может, мне пригодится какое-нибудь оружие? – живо поинтересовался я, уловив подходящий момент.

– Пожалуй. Кочерга не лучшее решение в твоей ситуации.

– Наверно, – согласился я, не очень представляя, что вообще может быть решением.

Особенно – в моей ситуации. – Только если что – ничего громоздкого не давайте.

– И не собирался, – Павел вытащил из кармана небольшой предмет, но прежде, чем протянуть его мне, сперва продемонстрировал его на ладони.

Цилиндрической формы, черного цвета, с запаянным тыльником и едва заметными поперечными насечками предмет казался то ли игрушкой, то ли частью какого-то большого механизма. Я с недоверием посмотрел на цилиндр.

– Это для малых дистанций.

Можно стрелять в упор, – пояснил шпион. – Здесь – предохранитель, – он указал на торец с круглым отверстием. В темноте я едва мог рассмотреть кольцо с широкой кнопкой. – Поворачиваешь его на девяносто градусов, берешь вот так, – он обхватил цилиндр и наставил его, как пульт от телевизора, на деревянный забор. – Сустав пальца будет тебе импровизированной мушкой, если только руки не кривые.

После этого он нажал на кнопку.