Иркутская сага. Воспоминания о прожитом. Том 1

Даже капельки сопереживания, лучика сочувствия было бы достаточно, но некому было сопереживать и сочувствовать. Жаловались друг другу в нечастых телефонных разговорах. А мама говорила, что она счастливая.

Размышления о старости

Как-то на своей машине подвожу маму к железнодорожной поликлинике в Глазково. Выходит она из новенького огромного серебристого джипа, а навстречу семенит бабулечка – подруга детства. Идет, прихрамывает, понуро смотря в землю. Встретились взглядами, поздоровались.

Бабушка спрашивает:

– А ты откуда это, Надюша, взялась?

– Да вот, сын привез в поликлинику, анализы надо сдать.

Он меня всегда подвозит, одну не отпускает, – сказала мама.

Бабушка-подружка обвела взглядом машину, бабу Надю, горько так вздохнула. И ничего не сказав, как-то сердито и судорожно передвигая ноги, поковыляла прочь.

– Что случилось? – спросил я у мамы.

– Были у этой бабушки муж и сын. Были они начальниками. Умерли несколько лет назад один за другим. Ее внучка воюет с правнучкой по квартирному вопросу.

Обе хотят быть прописаны у бабушки, чтобы впоследствии вступить в права наследования на жилье. А бабушка никому не нужна. Была когда-то депутатом, сидела в президиумах, проводила проверки, заседания жилищной комиссии, а сейчас ее проводить в больницу и обратно некому. Вот так бывает. Был человек заслуженный, уважаемый в обществе, а сейчас остался со своими болезнями и проблемами в одиночестве, – пояснила мне мама.

Танцуем с мамой на моем 50-летии 19.04.2004

Как же это страшно, но бабушки стойко переживали и такое.

Пережили же ужасную войну, разруху и голод. Восстановили народное хозяйство, подняли детей, помогали растить внуков.

Мы ездили с мамой в гости к кому-то из подруг ее детства, было это редко, но запоминалось и врезалось в память. Как же они были благодарны такому вниманию. Как они хвалили меня за такую, казалось бы, мелочь, но событие вселенского масштаба для них, бабушек, лежащих в постели и справляющих нужду под себя. Они долго и живо разговаривали.

Вспоминали разные события из жизни. Я не прислушивался, это был их девичий разговор – они возвращались в свою юность.

Через некоторое время мама звонила, чтобы справиться о здоровье. Но телефон подруги уже не отвечал… Уходили старики тихо, без шума, и на прощание с ними мало кто приходил. Многие не знали, а кто-то сам еле волочили ноги. Провожали своих друзей и подруг грустью и скупыми слезами, запивая тоску по ранешной активной жизни корвалолом.