Между мирами: Шестерни системы

Какое вы вообще имеете отношение к этому делу? И почему, когда я вас искал на днях, то не нашел ни в Университете, ни… – я так и остался сидеть с открытым ртом, потому что все вдруг стало очевидным.

– Догадался? – насмешливо спросил старик.

– Да не может такого быть! – я вскочил со стула. – Нет! Вы же сами до смерти боитесь Третьего отделения!

– Тогда я еще и очень хороший актер, раз так легко смог тебя обмануть. Но я прошу прощения за это. Я не мог раскрывать свою личность. Ведь то, чего ты не знаешь, из тебя никогда не вытянут, – добавил он.

– Постойте, но ведь еще целая куча нестыковок… – продолжил спорить я, и на этот раз меня перебил император:

– Максим, прошу. Сейчас важно узнать, откуда исходит угроза. Или тебе удалось за тот короткий перерыв выяснить это?

Он внимательно смотрел на меня, а я не знал, что ответить. Более того, теперь на меня строго взглянул и профессор Подбельский. Или он уже не профессор? Чувствовал я себя, как на допросе, только вот сказать было нечего.

– Нет, – ответил я.

– Что?! – император едва удержался от крика. – Не может этого быть!

– Может, – продолжил я. – Собственными глазами видел, как его возница или тот, кто им прикинулся, застрелил Юрия Волкова, а потом поджег его дом.

– Но ведь… – Алексей Николаевич растерянно положил руки на крышку стола. – Как же теперь… Максим, садись, пожалуйста, – произнес он все так же растерянно, но мягче, чем когда предлагал мне назвать источник угрозы.

– Прежде, чем я дам какие-нибудь объяснения, я бы хотел задать и самому Максиму несколько вопросов, если ваше величество не возражает.

– Не возражаю, разумеется.

– Итак, Максим. Я помню, что обещал тебе приоткрыть завесу тайн над всем происходящим. Но для начала ответь мне, как ты оказался в доме у главного казначея?

– Он сам пригласил меня, – честно ответил я, потому что здесь нечего было скрывать.

– Вы были знакомы раньше или познакомились на этом собрании Большого Совета?

– Нет, не были знакомы, – отозвался я, как эхо. Подбельский – глава Третьего отделения, мать его! Еще и допрашивает!

– Следовательно, здесь и познакомились. Он вел себя как-нибудь подозрительно?

– А что считать подозрительным в отношении главного казначея? – я пожал плечами. – Он подошел, спросил, что я думаю о предложенных проектах.