Между мирами. Том 1

– Значит, у нас остается только одно решение – отправиться в город и искать ее там.

– Мы будем искать иголку в стоге сена, – горестно ответил профессор, но я уже начал собираться.

Звонок начальству, что в ближайшие часы в офисе я тоже не появлюсь. Андрей Геннадьевич быстро сбавил тон, когда узнал, что договор с клиентом заключен и остается лишь его подпись.

– Ладно, – Краснов сделал паузу, которая не воспринималась иначе, как матерная. – Любишь ты раздражать людей, Абрамов. Просто обожаешь.

– Я же сделал свою работу, Андрей Геннадьевич.

– Уговорил. Бывай, – начальство положило трубку.

На меня вопросительно взирал профессор. Я счел, что ему можно объяснить ситуацию.

– Это с работы. Взял выходной на сегодня.

Подбельский понимающе кивнул, но все же добавил при этом:

– А как же экономика родины?

– От одного дня не рухнет ни экономика компании, в которой я работаю, ни родины тем более, – ответил я, удивленный серьезностью вопроса от профессора.

– Вы уверены?

– Да абсолютно, что вы! – я поднялся из-за стола и начал собираться.

В отличие от Подбельского, который принялся собирать в рюкзак все, что успел достать из него перед сном, включая небольшую книгу, мне хватило телефона и ключей.

На улице опять стояла жара, поэтому я первым делом завел двигатель «фокуса», чтобы кондиционер хотя бы немного охладил салон.

– Что это такое? – поинтересовался Подбельский, с любопытством осматривая обтекаемые формы кузова.

– Машина, – ответил я, – Автомобиль.

– Застекленный, – недовольно скривился Григорий Авдеевич.

– А у вас что, не так?

– Совсем не так, но…

– Привет, сосед! – крикнул Игорь через забор. – Я не видел, как ты вчера вернулся.

Вот, кто может нам помочь! Я направился к нему, оставив профессора изучать автомобиль.

– Кто это? – кивком указав на Подбельского, поинтересовался Игорь. – Странный какой-то.

– Это мой дядя, приехал сегодня ночью, – я принялся докладывать несложную историю.

– А почему у него так странный вид, как будто он приехал с севера? – продолжил допрос любопытный сосед.

– Нет, это не странный вид, – я объяснял терпеливо, чтобы не создать ненужных подозрений. – Мой дядя увлекается историей, а попутно еще делает различные реконструкции.

– Какие такие реконструкции, – сморщился Игорь.

– Исторические. Ну, например тысяча восемьсот двенадцатый.