Путь командарма (сборник)

Прибегаю в родной городишко,

Вот уж дом, вот конюшня моя,

А как только к конюшне пробрался

Вороные узнали меня.

И заржали мои вороные,

Я их гладил рукою в ответ.

Вспоминаю те ночки былые,

А хозяйки давно уже нет.

А хозяйка сидела в остроге,

Проклиная злодейку-судьбу.

И она там невинно страдала

За мою, за большую вину.

Прошел месяц, и вот в воскресенье

Под конвоем ее повели.

Я стоял и дрожал от волненья,

Рядом кони стояли мои.

И рванулися черные кони,

Сколько было у них только сил,

Двух конвойных они задавили,

Я ее на лету подхватил.

Мы летели, а пули свистели

Но догнать нас они не могли,

Потому что, как вихорь, летели

Черногривые кони мои.

А как только погоня утихла,

В поцелуях мы оба сплелись,

Снег копытами кони взрывали

И все дальше, все дальше неслись.

Мы ушли от проклятой погони,

Перестань, моя детка, рыдать,

Нас не выдали черные кони,

Вороных им теперь не догнать.

Как в его родное Мочалово, далекое от воровской романтики, попал этот блатной фольклор, Потапов и сам не мог объяснить.

Но песенку, которую он впервые услышал от своего отца – Ивана Андреевича, при случае распевала вся мужская половина деревни. Конечно же, и в соседних Рыляках, откуда был родом Ковинов, тоже неплохо знали ее слова.

Увлекшись пением, друзья не сразу заметили, что футболисты прекратили бесцельную беготню и теперь, раскрыв рты, слушают «бесплатный концерт».

– Ну, чего уставились? – наконец-то вернувшись на землю, закричал Тимофей Егорыч.

 – Развесили уши… Гоняйте дальше свою клизму!

Зона

Территория освобожденной Западной Украины.

1939–1940 годы

(По так и не опубликованному исследованию Сергея Ткачева «Зона»)

Удивительно, но после официального принятия новых членов в дружную семью советских народов у Страны Советов появилось сразу две западные границы. Старая – внутренняя и новая – внешняя.

Пограничники, охраняющие старую границу по реке Збруч, говорили, что несут службу «на зоне».

Раньше так выражались только те, кто работал в лагерях или тюрьмах. Но с 1939 года сторожевые функции предписали и солдатам в зеленых фуражках. Ведь с недавних пор они бдили лагерь нового типа, одну большую Зону – Западную Украину и Белоруссию, а чуть позже – и Буковину с Прибалтикой.

Служить «на зоне» доверяли только бывалым бойцам, срок демобилизации которых все откладывали и откладывали до лучших времен.

А те почему-то никак не хотели наступать.