Путь командарма (сборник)

А потом начал потихоньку приходить в себя и переосмысливать прошлую жизнь…

Он мечтательно закатил глаза и выразительно продекламировал:

Как жить нельзя я доказал на деле,

Гулял и пил, здоровье не берег,

Душа устала в этом бренном теле —

Все, ухожу… И да поможет Бог!

Не горевать, не плакать вам не надо,

Заройте в землю и поставьте крест.

А ты, уставшая быть рядом,

Пополни армию невест!

– Браво! – оценил Потапов.

– Так потихоньку и пришел к Богу, – как будто не заметив его восторга, продолжал Тимофей Егорович.

 – С тех пор ни одной женщины не имел.

– И нескоро поимеешь! – ехидно заверил командарм.

– Это точно, – печально согласился ученый.

– А здесь писать не пробовал?

– Пробовал. Но в неволе не могу… Сочинил только несколько антихристианских трактатов. Вот, – Ковин приподнял подстилку, набитую соломой и, достав из-под нее серую школьную тетрадку, протянул ее товарищу по несчастью.

– «Мне кажется, что идея персонифицированного бога – это антропологическая концепция, которую я не могу воспринимать всерьез.

Я также не могу себе представить существование какой-либо воли или цели за пределами человеческой сферы… Науку обвиняют в подрыве нравственности, но это обвинение несправедливо. Этическое поведение человека должно основываться на сочувствии, образовании, социальных связях и потребностях, и нет нужды в какой-либо религиозной основе. Человек окажется на плохом пути, если в своих поступках будет сдерживаться лишь страхом наказания и надеждой на вознаграждение после смерти», – прочитал вслух Михаил Иванович.  – Это твои перлы?

– Нет. Моего кумира и единомышленника – Альберта Эйнштейна из интервью журналу «Нью Йорк Таймс» 9 ноября 1930 года. Кстати, я читал его труды в оригинале…

– Прекрасно. Замечательно!

– Хочешь еще одну цитату? Оттуда же…

– Давай!

– «Желание, чтобы кто-то указывал им путь, любил и поддерживал, приводит людей к формированию социальных или моральных концепций о боге. Это бог провидения, который защищает, распоряжается, награждает и наказывает; бог, который, в зависимости от границ мировоззрения верующего, любит и заботится о жизни его соплеменников или всего рода человеческого, или вообще всего живого; утешает тех, кто в печали и чьи мечты не сбылись; тот, кто сохраняет души умерших.

Это социальная или моральная концепция о боге», – по памяти процитировал Ковин. – Немногим удается приподняться над богами, правда ведь?

– Тебе удалось?

– Сомневаешься?

– Нет.