Разведка. «Нелегалы» наоборот

Being the Adventures of IK8 of the British Secret Service. – Biteback Publishing, London, 2014; Giles Milton. The Ministry of Ungentlemanly Warfare. – John Murray, 2016; Stafford, D. Churchill and the Secret Service, John Murray, London, 1997; Dоnal O’Sullivan. Dealing with the Devil. Anglo-Soviet Intelligence Cooperation During the Second World War. – Peter Lang., New York, 2010; Stephen Tyas. SS-Major Horst Tyas. From the Gestapo to British Intelligence. – Fonthill, London, 2017.], эта книга отличается тем, что она основана прежде всего не просто на сопоставлении документов, а на изучении личных дел «нелегалов наоборот», которые российский соавтор обнаружил в Российском государственном архиве социально-политической истории (РГАСПИ) на московской Большой Дмитровке, «наложив» их на то, что английский соавтор до этого нашёл в британском Национальном архиве (The National Arhives, TNA) в лондонском Кью.

Один пример

Целая глава у нас будет посвящена той советской разведчице, кого британцы знали как «Елену Никитину».

Открываем внутриведомственную переписку «Сикрет Интеллидженс Сервис». Читаем: «Никитина была заброшена нами в Германию»[4 - TNA HS 4/342, Small to Philby.][5 - TNA KV3/137.].

После войны британцы предположили, что реальное имя «Никитиной» – Эльза Ноффке.

Из личного дела человека под таким именем в РГАСПИ: «С августа 1941 г. она находилась в школе ИККИ и в настоящее время находится в распоряжении советских органов»[6 - РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 205. Д. 4832. Л. 33.]. Как известно, на советском «новоязе» слово «органы» означало «спецслужбы».

К тому же и на фотографиях из двух дел в Лондоне и Москве изображена… одна и та же женщина. А из её личного дела в московском архиве стали известны совершенно новые детали того, при каких обстоятельствах она была привлечена советской разведкой, куда, по идее, ей путь был заказан.

«Елена Никитина» в британских документах и «Эльза Ноффке» из РГАСПИ. К большому неудовольствию советской разведки, британские власти делали и «полицейские фотографии» советских агентов в профиль и полупрофиль.

В архиве в Москве – только в фас.

Почему же документы об этом конечно же героическом эпизоде лежали под грифами и в Москве, и в Лондоне даже тогда, когда война давно закончилась? Как образно выразился автор первой научной монографии об этом эпизоде Донал О’Салливан, в холодную войну Лондон и Москва «как опозорившиеся любовники, предпочли замести этот эпизод под ковёр»[7 - D.