Между мирами. Том 2

Мысленно я представил его прилизанные волосы, накинутый поверх светлой жилетки легкий пиджак. Алан же смотрел на девушку. Обычно так смотрят, когда раздевают глазами, но я был уверен, что сейчас этот сыщик примеряет на нее шляпку.

Венцом этой немой сцены стало то, что он взял со спинки остатки жилетки, ту часть, что не была выпачкана кровью, выразительно посмотрел на меня, затем на фон Кляйстера.

– Я думаю, мне есть, что вам сказать, Дитер, – ровным баритоном произнес Быков.

Глава 21.

– У меня завтра выступление, поэтому, я думаю, вы меня простите… – начала Элен, резко встав с дивана.

– Нет уж, вас я никуда не отпущу! – сыщик попытался перекрыть ей дорогу.

– Что происходит, объясни же! – потребовал немец.

– Никто не вправе меня задерживать! – крикнула девушка и шагнула вперед, словно намереваясь пройти сквозь сыщика. – Я пошла отсюда!

– Мадемуазель! – растерянно воскликнул немец обиженно, когда девушка оттолкнула Алана в сторону совершенно беспардонно.

– Я сейчас все объясню, – воскликнул он, обращаясь к немцу. – Все дело в том, что…

– Я не смогу тебе помочь, если ты сейчас уйдешь! – крикнул я на всю силу легких, надеясь, что от такого усердия сознание я не потеряю. В квартире повисла тишина, а трое мужчин уставились на меня. – Если ты выйдешь за дверь, то упустишь последний шанс!

– О чем ты? – удивился немец. – Впрочем, кажется, я начинаю…

– Какой к черту шанс? – грива черных волос показалась в комнате.

– Я… – снова попытался начать объясняться сыщик.

– Элен, сядь! – потребовал я, понимая, что девушка может все испортить. И сыщик может испортить тоже, поэтому мне надо было начать рассказ раньше. – Мне тоже нужно кое-что рассказать до того, как ваш Шерлок выдаст свою версию. Это вы были в отеле? – спросил я у Быкова.

– В отеле? Нет, я…

– Отлично, тогда я бы хотел…

– Вот уж нет! – вспылил сыщик.

Я не выдержал и встал с дивана, упираясь, однако, голенью в подушки:

– Это, мать твою, моя квартира! И мне все равно, кто ты такой, но в моем доме я решаю, что делать и кому и когда молчать!

Мы сверлили друг друга глазами пару секунд, благо мы оказались с ним почти одного роста. Немец несколько раз ударил в ладоши.

– Чудесная сцена.