«Царское дело» Н.А. Соколова и «Le prince de l'ombre». Книга 1

Орлове вполне благожелательно: «приятель, единомышленник или сподвижник» Н.А. Соколова. При этом он оговаривался: «Нам мало известно, что из себя представлял князь Н. Орлов, однако, если ему доверял Н.А. Соколов, мы не можем подозревать, что он после смерти следователя присвоил национальное достояние России, не вяжется это с обликом человека, который имел мужество не анонимно, а взяв всю полноту ответственности на себя, после гибели Н.А. Соколова издать его книгу со своим предисловием».

Обложкка книги Татьяны Мироновой «Из-под лжи».

Книга посвящена личностям Царя Николая II и Григория Распутина

Впоследствии в статье «Правда Твоя – правда вовеки!» (2005 г.) Леонид Евгеньевич резко изменил свое мнение об этом персонаже. Произошло это во многом под влиянием статьи Т.Л. Мироновой («Русский Вестник». 25.12.2003), в которой едва ли не впервые появляется крайне отрицательный взгляд на роль князя.

Интерес Татьяны Леонидовны к этой фигуре был вызван, главным образом, необходимостью объяснить некоторые «странности» книги Н.

А. Соколова, не вписывающиеся в представления о личности следователя, как твердого монархиста.

Обоснование своему взгляду на Н.В. Орлова Миронова находит исключительно в позиции его отца, приведшей, в конце концов, к возникновению родственных отношений его сына с Николаевичами, находившимися в прямой оппозиции к Государю:

«…Отец “благодетеля” Соколова и издателя его записок – злейший враг Государыни Александры Феодоровны, приветствовавший отречение Государя, а родня его жены и того хуже, это ее отец (Великий Князь Петр Николаевич) и ее дядя (Великий Князь Николай Николаевич)».

В принципе подход этот верен, однако объяснить только этим роль Н.В. Орлова при следователе, а также все действия князя по отношению к следственным материалам в дальнейшем будет страшным упрощением реальной проблемы, такому же, как и предложенное Т.Л. Мироновой объяснение дружбы Соколова с князем:

«…Как следователь мог потом принять помощь от ближайшего родственника Николая Николаевича и доверить ему свои записки.

Видимо, либо князь Н. Орлов при встречах с Соколовым скрывал свою принадлежность к этому клану, либо контактов между Орловым и Соколовым до таинственной кончины последнего просто не было, и материалы следственного дела были изъяты князем после смерти следователя».

Всё это, конечно, свидетельствует, как мы уже писали, о том, что Татьяна Леонидовна не обладала никакими конкретными, кроме самых общих, сведениями об этом человеке.