Смутное время. Документальный рассказ о службе в милиции в смутные, переходные времена

– Я новый начальник ГАИ Ленинграда и области полковник…! – окончательно задохнувшись от возмущения, гордо докладывает мне полкан в костюме.

– Старший группы задержания сержант Гаранин, – лихо, козырнув, наконец, представился и я, – следуем на заявку по оказанию помощи сторожевой охране.

– Будете наказаны, – обещает мне главный гаишник Ленинграда и его окрестностей, трясущейся от праведного гнева рукой записывая в блокнот мою фамилию и номер патрульной машины.

3 августа 1984 года снится мне сон, как на отработке «тревоги» я подхожу к дверям квартиры, тяну её на себя за ручку, та медленно открывается, и за дверью вижу силуэт человека с направленным мне в лицо пистолетом.

Я делаю бросок вперёд в попытке выбить пистолет, но не успеваю.

Грохнул выстрел, вспышка слепит глаза. Я не чувствую боли, но мне нечем дышать! Я чётко вижу приближающийся, вставший на дыбы асфальт. Я даже вижу в нём трещинки, нет трещины, нет, это уже огромные расщелины в которые я лечу.

Я задыхаюсь, свет окончательно меркнет, полная темнота, я умер!

И тут я просыпаюсь, схватившись за горло, хватаю ртом воздух, сердце рвётся из груди!

Сон был настолько яркий, чёткий и неожиданно жутко реальный, что утром я его рассказал Ире, почему-то сказав при этом, что если меня пристрелят, уточни у ребят, как всё произошло.

В этот день, а точнее в грядущую ночь с 4 на 5 августа 1984 года я заступал на 12-ти часовое дежурство.

Дальше я дам выдержку только из одной из многочисленных в те дни публикаций в прессе, из статьи «Погоня в ночи» напечатанной в рубрике «Будни милиции» в газете «Ленинградская правда», а потом расскажу уже от первого лица, как всё было:

«Москвич» не спеша двигался по ночному городу.

Исаакиевская площадь, Адмиралтейская набережная – повсюду тишина.

Сквозь разведённые крылья мостов поднимались вверх по Неве громады теплоходов. Вот бы сейчас прогуляться по набережной, полюбоваться рассветом, подумал про себя старший группы задержания сержант милиции С.

 В. Гаранин. Но нельзя, надо ехать по выверенному, знакомому до мельчайших деталей маршруту, можно только опустить стекло и вдохнуть свежий невский ветерок.

Гаранин по привычке скользнул взглядом по рации: «Давно что-то молчит». И в этот момент она ожила. Гаранин невольно вздрогнул: «Вот и спорь после этого, существует ли телепатия».

– 505-й, тревога, сработала сигнализация в доме номер 22 по улице Гоголя.

– Понял, следуем по адресу.