Последний рыцарь империи

После чего поставил рядом два бокала.

– Я не пью… – произнес курсант, внимательно наблюдая за действиями генерала.

– Я тоже… – сказал Судоплатов, уже открыв бутылку и наливая себе в бокал игристый напиток, и чуть пригубил его. – Чекисты, которые совершали эту ликвидацию, получили ордена, а по специальному постановлению правительства мать Правдина, как старая коммунистка, проживающая в Париже, получала пожизненную пенсию, так и не узнав об истинной причине гибели сына.

– То есть вы хотите сказать, что одновременно проявлялась гуманность по отношению к их близким? Предположим.

А как же с убийством ленинградского партийного руководителя Сергея Мироновича Кирова?

– Это совсем другое дело. Официально он был убит Николаевым, якобы ревнивым мужем официантки, которая работала при секретариате Кирова в Смольном. Не секрет, что Сергей Миронович действительно увлекался артистками Ленинградского театра оперы и балета. Наш отдел в свое время это выяснял. Но, по моей версии, он был убит не за связь с кем-то из женщин, а за отказ в интимной связи с женой, скажем так, одного очень высокопоставленного чиновника.

А все остальное, Николаев и его жена были лишь инструментом ее изощренной мести.

– Неужели и такое бывает?

– Тогда имя Кирова и память о нем были священны. В глазах народа Киров был идеалом твердого большевика и верного сталинца, и конечно же только враги могли его убить… Поверишь, но тогда я ни минуты не сомневался в необходимости охранять престиж правящей партии. Мы, особенно молодые чекисты, искренне верили, что Зиновьев, Каменев, Троцкий и Бухарин были врагами Сталина.

И даже считали, что если обвинения против них преувеличены, то это, в сущности, мелочи… Я слишком поздно осознал всю важность такого рода «мелочей» и, к сожалению, вижу, что был не прав. Теперь хорошо понимаю, что любая затянувшаяся мысль о мести часто делает из человека настоящее чудовище… Подумайте об этом, а я позволю себе еще раз спросить, вы все еще не желаете пригубить вина? – В этот момент генерал достал из кармана небольшое устройство и переключил какой-то тумблер.

Дачный поселок ФСБ. Одна из улиц рядом с дачей Судоплатова

Сотрудник ФСБ, который сидел с наушниками, начал лихорадочно переключать клавиши своей аппаратуры.

– Что ты засуетился? – спросил его старший и определенно более опытный напарник.

– Звук пропал, – ответил тот.

– Старик глушилку включил… Что же там намечается?

– Может, подойдешь поближе? – предложил старший.