ХХ век. Известные события без ретуши

Потом он:

– Ну как будем в Югославию заходить?

А нам предстояло в самый верх подниматься, в порт Задар.

– Также, как в Босфор, – я-то думал о маневрировании, а он о другом.

– Нет, – говорит, – надо посолиднее. Причем салют наций всем бортом.

– Товарищ министр обороны, я боюсь за весь борт. Может быть башню одну, ну две башни…

– Чего это вы боитесь?

– При салютном боеприпасе откат орудий очень небольшой. При выстреле комендоры могут его не заметить. И если у кого-либо случится затяжной выстрел – не заметят в спешке, откроют замок – а это человеческие жертвы.

Так это сразу нахмурился – чувствую недоволен.

– Разрешите, – говорю, – мне с артиллеристами поговорить?

– Вот это правильно делаете, – переменился Жуков. – Специальный вопрос – надо и решать его со специалистами.

Михайлин вызвал на мостик командира артиллерийской боевой части капитан-лейтенанта Апрессова Гранта Григорьевича.

Тот рассказал, что именно такое несчастье произошло однажды на крейсере "Михаил Кутузов", когда они пытались салютовать всем бортом.

Но тут же предложил выход из положения, чем порадовал Жукова.

– Вот видите, специалисты свое дело знают лучше нас с вами.

Задар чем-то похож на Севастополь, только нет бухты. Город начинается сразу. Как дали 21 залп – стекла на набережных зазвенели. В ответ – салют югославской береговой батареи.

Югославские катера встречал крейсер с отмашкой бескозырками. Крики "ура", цветы…

На борт поднялся командующий военно-морским флотом Югославии адмирал М.

Еркович. Жуков принял его в салоне. А в это время личный состав был построен по большому сбору для прощания с министром обороны. Печально как-то провожали. Георгий Константинович спросил командира:

– Я ведь должен как-то экипаж поблагодарить?

– Это уж как вы скажете, – уклончиво ответил Михайлин.

– Мне заместитель командующего флотом говорил, что у вас за поход каким-то значком награждают?

– Так точно, жетоном "За дальний поход". Но это за дальний.

– У вас лично такой жетон есть?

У Михайлина был, но он слукавил, мол, нет.

– А у личного состава?

– Тоже нет.

В это время за выход в Средиземное море жетон не вручался.

Жуков распорядился – наградить все три экипажа. На эсминцы пошел семафор: "Благодарю за поход."

На прощание Георгий Константинович сказал Михайлину:

– Я сейчас схожу. Вы следуете в Сплит. Потом пойдем в Албанию.

Весте с адмиралом Ерковичем Жуков сошел по трапу в катер. Взревел двигатель. Взлетел бурун.