ХХ век. Известные события без ретуши

Я указал районы, где наступали немцы, и чтобы они определили скопление войск. И чтобы по скоплению их дивизия наносила удар.

Мне доложили: разведчики пошли – и я на передний край на машине. От НП – 20 километров. Один же аэродром, потому что мы были уверены, что немцы не пройдут, был в 5 километрах от переднего края. И немцы не сумели захватить его. 1-я истребительная дивизия от начала и до конца с него работала. Очень удобно.

Смотрю, разведчики уходят. Мне дежурный радист докладывает, что разведчики доложили свои результаты.

Смотрю – мои заходят. Порядок лучше, чем специально расписанный: идут друг за дружкой. И посыпались бомбы. Сразу загорелись танки. А мы получили кумулятивные бомбы. Это новшество было. Их по 140 с лишним штук штурмовик брал – и как сыпанули, пошли танки гореть. Дым, гром. Наша пехота из окопов повылезала – и шапки кверху, вот это, мол, удар! Вот это авиация! Мы первый раз такой удар видим!

Раздается телефонный звонок. Рокоссовский. Его НП рядом был:

– Вот это удар! Вот это правильно поступил!

– Ну что ж, – говорю, – очень хорошо.

– Когда следующий?

– Через 2,5 часа.

– Как через 2,5 часа? Тебе же приказано непрерывно работать.

– У меня ж авиации не хватит для беспрерывности. Я такой удар раньше не смогу нанести.

– Почему?

– А вот 2,5 часа на зарядку и такой же удар повторю. Но у меня в резерве корпус сидит. Если где понадобится, я могу по вызову послать. Если считаете, что куда-то надо ударить, они в готовности через 20 минут бомбить.

– Ну ладно, действуй!

А Жуков промолчал, ничего не сказал.

Второй удар наносили так же. Он тоже удался. Все хвалят. Я думаю, ну, значит, теперь не попадет. А если бы оскандалился, мне бы: «Тебе сказано одно делать, а ты другое делаешь! На каком основании?!» И правильно было бы. Но получилось. Жуков же так до конца и смолчал. Не спросил, почему я изменил порядок, не похвалил, не сказал, что правильно и не вспомнил потом этот эпизод никогда…

Похвалы здесь и не нужно было.

Я же вообще никогда не напоминал о своих действиях, тем более, ему.

Второй день хорошо провели. Рокоссовский, когда я уже приехал на вечерний сабантуй, сказал:

– Действуй, как сегодня! Я доложу, что так будем действовать. Тут мы уже остановили немца. Завтра добьем его группировку. Я пущу в контратаку два танковых корпуса, и пошлем их вспять.

Третий день также проходит хорошо.