Случайный солдат. Книги 1–3

Оружие она не поднимала, но была готова сделать это в любой момент, чтобы нейтрализовать угрозу. Ее брат сел в кресло, схватился руками за голову. На одной руке я, как и в прошлый раз, не досчитался мизинца и безымянного пальца. Человеку не отрезают пальцы, если он продает экспериментальную винтовку бизнесмену за три миллиона долларов. Здесь что-то было не так. Что-то мы опять упустили, не учли, считая Владимира безоговорочным предателем.

– Я сосчитаю до трех и на счет три я выйду отсюда с винтовкой, иначе отсюда не выйдет никто.

 – В голосе Константина слышалась явная угроза.

– Можно не считать, – сказал я и прицелился бизнесмену в грудь. – На счет два вас уже не будет в живых. – Конечно же, я блефовал, зная опасность того, что область лишится столь влиятельного человека. Но прострелить руку или ногу я был в состоянии.

Внутри меня активно боролись две мысли, причем последствия неправильно принятого решения могли оказаться просто катастрофическими. Был четкий приказ не трогать Романова – это было яснее ясного, но причина, по которой его нельзя было пристрелить, вызывала множество сомнений.

Неужели без него промышленность лишится поддержки?

Ведь этот человек был так или иначе связан со множеством сомнительных сделок и махинаций, которые принесли ему богатство, но в то же время и солидных ущерб кому-то другому. Лично я не видел в Константине Романове ничего хорошего и достойного, но нарушить приказ не представлялось возможным.

Впрочем, пуля в ступне могла на некоторое время лишить этого человека его наглости.

– Раз, – произнес Константин и сделал полшага к столу с винтовкой. Сколько самоуверенности!

– Я предупредил, – повторил я свою угрозу.

– Я понял, – улыбка по-прежнему играла на лице Константина. – Два.

Наступил решающий момент, а я опять колебался. Наверное, не хватало толпы, которая ломится в дверь, чтобы я смог быстро принять решение. Пусть и неверное, но долго колебаться было опасно.

Я поднял пистолет ровно настолько, чтобы без проблем можно было попасть в ногу.

Скрипнуло кресло, резко сдвинутое по полу и на меня, прямо через столик, кинулся Владимир. Он корпусом вжал меня в стену, вцепился в пистолет (хорошо еще, что я убрал палец с курка), вырвал его, расцарапав ладонь ногтями, прицелился Константину в грудь и выстрелил. Пистолет издал легкий хлопок, гильза звонко ударилась о стену и упала на мягкий ковер.