Случайный солдат. Книги 1–3

– Слушайте, вы! – дверь уже начинала трещать, как будто ее пытались взломать при помощи монтировки. – Если он придумал этот хитрый план с твоим братом, то почему бы ему не попытаться дискредитировать еще и меня? Или ты уже веришь своему братцу?

– Не смей так говорить про него! – даже при тусклом свете было видно, что по ее щекам разлился румянец. Она даже как будто бы дернулась в мою сторону. Я был уверен – если бы здесь не было других людей, Лена бы без вопросов отвесила мне пощечину. – Он действовал не по своей воле…

– Это решать не мне и не тебе, и ты это прекрасно знаешь, – максимально жестко ответил я.

 – Но если ты внезапно решила поверить Романову, но не мне – то говорить нам больше не о чем.

Я опустил фонарь и пробежался лучом по комнате – в ней не было ничего тяжелого, только стулья. Бросив еще один гневный взгляд на девушку, я шагнул в сторону окна. Сотрудники ОВР расступились, как по команде, пропустив меня к решетчатому стеклу. На миг моя решительность отступила – если внизу собаки, ничего хорошего меня не ждет.

Да и прыгать с высоты в четыре метра очень болезненно. Память о прыжках с гаражей в детстве, когда мне не повезло сломать ногу, все еще жила во мне.

– Уходим все вместе, – сказал я, повернувшись к остальным. – Кончайте уже брыкаться. Я предлагаю вам всем спастись. Хоть как-нибудь. Винтовку он все равно уже получил и расправится со всеми при первой удобной возможности.

Мне показалось, что на их лицах мелькнула нерешительность.

Владимир вдруг что-то шепнул Лене на ухо и так словно нехотя кивнула.

– Хорошо. Идем!

Я распахнул окно и в душную комнату ворвался вечерний теплый воздух. С улицы доносились отдаленные крики, но, к счастью, не было слышно лая собак. Может, нам повезло? Дверь продолжала трещать, но упорно не поддавалась. Из-за толщины полотна я не слышал ни команд, ни чего-то другого – только треск древесины. Но времени удивляться прочности здешних дверей у меня не было.

Лена с треском сорвала занавеску и ловко подвязала ее к радиатору возле окна, выбросив другой конец наружу. Если зацепиться по самому концу занавески, падать останется всего метра полтора. Это уже лучше. Недолго думая, девушка ухватилась за ткань и скользнула вниз. Следом за ней выскочил водитель, затем Владимир. Прямо перед моим носом наружу выпрыгнул последний, кто оставался кроме меня в комнате, презрительно посмотрев мне в лицо.