Случайный солдат. Книги 1–3

Даже если у меня не получится взломать замок – а в том, что это у меня не получится сделать, я даже не сомневался, – всегда можно попытаться открутить гайку. Я осмотрелся. В комнате стояли письменный стол и пара высоких шкафов – может быть, хоть в одном из них лежат инструменты?

Встав на ноги, я попытался дотянуться до дверцы ближайшего. Не хватало нескольких сантиметров даже для того, чтобы коснуться стенки. Бесполезно. Стол был гораздо ближе, но, выдвинув верхний ящик, я не обнаружил ничего, кроме металлической линейки и прочих канцелярских принадлежностей.

Похоже, мне предстоит провести следующие часы в бесплодных попытках распилить пластиковую трубу отопления стальной линейкой. Граф Монте-Кристо, будь он реальным человеком, сейчас бы крутился в гробу.

Но других вариантов у меня не было. Я вытащил линейку и с грохотом захлопнул ящик. Из соседней комнаты вообще не доносилось ни единого звука. Работать левой рукой было неудобно. Да еще и ладонь разболелась. Я представил, как Королев лично отдает приказ расстрелять меня на месте за мнимое предательство.

Это подействовало воодушевляюще, но только результата своей работы я не видел.

Металл скользил по пластику, не оставляя следов. Тогда я решил воспользоваться линейкой наподобие ножа. Удалось снять несколько стружек, но стоило только мне обрадоваться, что процесс пошел, как инструмент пронзительно проскреб по металлической прокладке между слоями пластика. Такое мне точно не пробить. Бросив линейку на пол, я запустил в волосы свободную ладонь.

Идей не было.

Вдруг из соседней комнаты послышался шорох, словно там кто-то шевелился, затем звякнула цепочка наручников. Через некоторое время звук повторился.

– Потише там, я думаю! – крикнул я Владимиру, в надежде, что тот хотя бы еще пять минут посидит спокойно.

Так что же еще я мог придумать, если кроме собственных пальцев у меня ничего не оставалось? Попытаться протащить ладонь через стальное кольцо – никак. Тот, кто меня приковал, достаточно сильно сжал трещотку.

Лучше бы это были пластиковые наручники, тогда я бы смог их перепилить той же линейкой. В дверном проеме показался Владимир, и я замер. На его запястье я видел половину наручников с болтающейся цепочкой. Запястье было разодрано в кровь, но все же он был свободен. В отличие от меня.

– Ты что, еще не освободился? – спросил он с усталостью в голосе.

– Облегчаю тебе задачу, – отозвался я. – Можешь добить обездвиженного.