Смерть на Кикладах. Сборник детективов №2

Впрочем, такими же растерянными и поникшими выглядели и два сержанта местной уголовной полиции, которых оставил нести караульную службу у палаты Пермякова их начальник. У одного из них опухла скула, на подбородке был явно виден кровоподтек. Он сидел в неудобной позе, неловко скрючившись на стуле, прижимая локоть правой руки к животу.

Это он «попал под раздачу», понял Алекс, окинув пострадавшего внимательным, цепким взглядом.

Второй стоял рядом с напарником, держа в руке пузырек с какой-то жидкостью, в которую обмакивал ватку и прикладывал ее к ране на лице товарища.

– Спирт? – повел носом Виктор Манн.

Говорил он по-гречески, суровым тоном, испепеляя взором незадачливых сержантов поверх очков. Под его взглядом они еще больше пригнулись.

– Не рано ли празднуете?

– Разрешите, господин генерал? – вставил слово Антонидис, пересилив страх и робость.

Все-таки это были его сержанты. С него пусть хоть шкуру сдирают, а подчиненных он обязан допросить сам и лично. В любом случае, это его вина – и его ответственность!

– Я хотел бы провести опрос сам!

– И правильно! Сами их и допросите, – неожиданно одобрил Манн, перейдя на английский, чтобы и Смолев смог поучаствовать в беседе.

 – Ваши кадры, старший инспектор, вот вы с ними и разбирайтесь. А мы пока походим, посмотрим, побеседуем с медицинским персоналом. Через двадцать минут подведем общие итоги. Договорись? Ну и отлично!

– Пойдем, Саша! – перешел он на русский, обращаясь к Смолеву. – Давай так: я с девочкой пошепчусь, о чем она грустит, узнаю.

А ты пройдись, посмотри по сторонам. Важно понять, откуда этот незваный гость тут взялся. В машине Антонидис божился, если помнишь, что дверь в больницу была закрыта. Вопрос: как он сюда проник, что оказался прямо в коридоре у входа в нужную ему палату? Добро?

– Добро, – ответил Алекс. – Разошлись!

Через двадцать минут картина происшествия была в общем и целом ясна.

Накануне уборщица, отмывая места общего пользования, что находились напротив блока интенсивной терапии, привычно не пожалела хлорки.

Нестерпимый запах, щекочущий ноздри и выворачивающий нутро, заставил одного из сержантов распахнуть настежь окно в туалете, чтобы хоть как-то проветрить помещение. Фрамугу подперли каким-то чурбаком, явно принесенным с улицы.

Когда Алекс осматривал подоконник, он обнаружил на нем следы песка, словно кто-то ступал по нему в кроссовках с рифленой подошвой, куда так любит набиваться песок и разного рода грязь.