Выживший: Набирая очки опыта

И, очевидно, портит своими наглыми пастями шкуру! Я и сам могу ее испортить, неаккуратно проведя ножом, но, чтобы это сделал кто-то другой? Нет уж, увольте! Сам справлюсь.

Я приподнялся повыше, чтобы посмотреть, кто же так активно работает челюстями и почему Аврон ничего мне не сказал про падальщиков.

Две шерстяных спины, рыжих с проплешинами белого цвета, медленного и ритмично покачивались. Живность отрывала плоть, щетинясь, но молча, без рыка. Не обращая внимания ни друг на друга, ни на меня.

Получалось, что шкуру мне все равно не добыть. Но если я отступлю сейчас, то не получу ее вовсе. А дополнительных условий с Отшельником мы никак не обсуждали.

Выбора не оставалось. Я встал, выпрямился, раскинул руки пошире и заорал, что было сил. Проверенная тактика – отличное решение. Но только когда звери не голодны настолько, чтобы жрать падаль.

Два пса подняли окровавленные морды. У одной из них из пасти свисал шмат кожи или еще чего похуже. Вопль застрял у меня глотке.

Второй раз крикнуть уже не получилось. Теперь бы позвать на помощь Аврона, но у этих псов такой вид, что, если я отвернусь – меня моментально раздерут на части.

Я начал медленно опускать одну руку вниз, поближе к ножу. Успею выхватить – разделаюсь хотя бы с одной. Лишь бы только они не прыгнули раньше времени.

Глава 48. Мал да удал

Всегда маленькие враги были очень юркими и брали если не силой укуса или удара, но частотой. Иногда и от миллиона маленьких порезов можно умереть быстрее, чем от одного большого отверстия.

А зубы у одичавших псов были отнюдь немаленькие. К тому же я прервал их трапезу, поэтому злости им сейчас было не занимать. А что делает дикого зверя страшнее? Только злость. Или страх. И то, и другое непременно усилит атаку и превратит даже крохотную собачку в такую фурию, что проще будет сбежать.

Но сбежать для меня не вариант. Нет гарантий, что собаки потом не набросятся на Аврона, а тот не очень-то боец.

Поэтому за спиной – нуждающийся в защите человек, а передо мной – квестовый предмет, который нельзя испортить. Что я и не позволю сделать собакам.

Псы начали рычать. Еще бы – я помешал их трапезе. Зато теперь, когда я полностью выпрямился, я заметил, что обе шавки не очень велики по размерам. Обе килограмм на десять весом, не больше. Но если такая разбежится и ударит на полной скорости – запросто собьет с ног.