Алма-Ата в творческой карьере Владимира Высоцкого

за то, что доставил свалившегося в снег с горы Кукушкина на совещание, которое, правда, уже закончилось. Лошадка на которой прокатился наш гимнаст-жокей, мягко говоря, отличалась от тех резвых скакунов, на которых предстояло участвовать в скачках на съёмках, проходивших на московском ипподроме. Лесничий остался доволен, так как его месячная зарплата тогда составляла 60 руб. «1 кг мяса стоил 1,5 рубля. Что бы вы понимали, за эти деньги в ресторан тогда можно было сходить хороший, и ни в чём себе не отказывать.

» Да, после реформенный рубль был крепким!

Кстати, когда в первый раз какой-то чабан отказал Высоцкому в возможности покататься на лошади, он сильно не расстроился. «Ездил на казахском мустанге. Он скакал с пика на пик. Упасть я не упал, но ноги натёр. Казахи сказали, что из меня выйдет «сильно хороший джигит», (8) пишет о своих впечатлениях начинающий наездник и глава семьи ещё перед отъездом на Чимбулак. Ездовая практика лишней не была, ведь главные кадры со своим участием предстояло снимать в Москве.

13 января 1963 года. Алма-Ата- Москва.

«Люсик! Хороший мой! Обещал я тебе придумать что-нибудь повеселее. А весёлого ничего и не было. Был, правда, один очень красивый случай. Пушкарь обругал зав. этажом, сказал ей, что она старая … и ещё что-то, она вызвала милиционера, он и ему какую-то любезность. А ты представь себе, что такое милиционер, да ещё казах. Он издал боевой клич, что-то вроде "Амангельды!!!". Прибежали ещё 183 милиционера с луками и стрелами на низкорослых лошадях, накинули аркан на шею и волоком потащили в шатёр к майору.

Майор был Чингисхан, он назначил 15 суток в темнице. Утром все мы узнали про это дело, стали думать и гадать, наш директор упросил отменить приговор и уплатил выкуп в размере 30 руб. Вот!» (8)

«…P. S. Сейчас горничная поинтересовалась: зачем я пою в ванной. Грозила.» – Вспоминаем «Песню командированного» (1968):

Дежурная по этажу

Грозилась мне на днях —

В гостиницу вхожу

Бесшумно, на руках.

А жить ещё две недели,

Работы – на восемь лет,

Но я докажу на деле,

На что способен аскет!

«Казахов мало, но радио и все остальное – все заражено великодержавным казахским шовинизмом. Правда, можно научиться и кое-что понимать. После каждого слова они ставят букву "м". Например, казахм, паровозм и т. д…» (4).

Последняя цитата позволяет понять причину столь критично-ироничного отношения Володи к отдельно взятой национальности.