Клуб знаменитых персонажей. Рассказы о прототипах любимых литературных героев

Первая известная цветная иллюстрация Августа фон Вилле к книге о бароне Мюнхгаузене. Хромолитография. Дюссельдорф. 1856 г.

Под маской Крысолова

Старинная немецкая легенда о Крысолове хорошо известна во всем мире. И не только потому, что ее много раз пересказали по-своему выдающиеся поэты и писатели из разных стран. Дело в том, что и семь веков спустя являются все новые Крысоловы в разных обличьях, и манят, чаруют своими волшебными песнями. И мы, как дети, готовы идти на дивный зов.

Да был ли он на самом деле, тот самый Крысолов?

Старинная немецкая баллада начинается так:

Кто там в плаще явился пестром,

Сверля прохожих взглядом острым,

На странной дудочке свистя?..

Господь, спаси мое дитя!

Однажды беда обрушилась на богатый торговый город Гамельн: настоящее нашествие крыс! Они опустошали амбары хлеботорговцев и, словно чувствуя свою силу, уже не боялись ни кошек, ни людей. Городской совет объявил щедрую награду тому, кто избавит город от напасти.

И вот, откуда ни возьмись, явился странный человек, одетый в яркую пеструю одежду. Члены совета и пришелец сговорились, ударили по рукам. Крысолов вышел на улицы города и…

…На дивной дудке марш сыграл

И прямо в Везер крыс согнал.

Но отцы города обманули его:

«Велик ли труд – игра на дудке?

Не колдовские ль это шутки?

Ступай-ка прочь без лишних слов!»

И хлопнул дверью крысолов.

Город Гамельн беспечно праздновал избавление от крыс, звонили колокола, горожане заполнили церкви.

А в это время…

…Вновь появился чудодей,

Сыграл на дудочке своей,

И в тот же миг на звуки эти

Из всех домов сбежались дети…

Крысолов. Худ. Рембрандт

Крысолов. Худ. Кейт Гринуэй

Они последовали за Крысоловом и утонули в реке Везер. По другому варианту легенды дети поднялись на гору Коппен неподалеку от Гамельна и исчезли в расступившейся перед ними скале. В более позднем варианте легенды дети прошли сквозь гору и оказались далеко от родных мест, в Трансильвании, там они основали свой город, в котором нет обмана и алчности.

Такой финал согласуется с моралью народной баллады:

Всем эту быль запомнить надо,

Чтоб уберечь детей от яда.

Людская жадность – вот он яд,

Сгубивший гамельнских ребят.

Тот, кто слышит эту легенду впервые целиком и в первозданном виде, сразу подмечает контраст между ее первой и второй частями.