Выживший: Зима близко

Работа кувалдой, киркой и ломом явно выдаст приличное количество такого же. Еще одна задача стремилась разрешиться. Заделать дороги можно не досками и не бревнами. А практически бесполезным щебнем. Куда я его пущу? Только в дороги и пойдет.

– Точно-точно, – согласился я, когда посмотрел, что обод колеса, стоило нам закинуть камень в телегу, погрузится в грунт.

Планов на булыжник, на самом деле, у меня было много. И про дорогу я подумал не в последний момент. Ведь надо сделать несколько километров просеки проездной – чтобы телеги, груженые камнем, не застряли в грязи.

То же самое нужно сделать и в Рассвете. Приподнять дорогу, сделать ее более широкой и проходимой. Сейчас я смотрел на просеку и понимал, что центральная часть деревни у меня узковата.

Фундаменты, кладка, дорога – сюда уйдет немало. И с первой же телегой я отправился в сторону лесопилки, чтобы сгрузить полученный бут.

Облегчение сложно было сравнить хоть с чем-то из моего опыта в этом мире. Огромная задача была выполнена. Всего за пару дней.

На самом деле, они у меня были. Без учета слитков, которые я не мог использовать. Никаким образом. А еще немного серебра, чтобы приобрести все недостающее.

Самое главное, думал я, помогая укладывать получившиеся плиты бутового камня, что есть продвижение по одному из главных заданий. Потом посмотрел на камни и подумал, что их можно ломать на брусчатку или пилить, чтобы сделать хорошие и прочные дороги в Рассвете.

Йон, которому пока что нечего было делать, пришел на лесопилку сам и очень удивился, увидев материалы для пильного основания.

– Ого-го! Кажется, я что-то проспал! – воскликнул он. – Пойду-ка я за глиной, а ты, Бавлер, лучше встречай Аврона. Он кого-то привел и, как ужаленный, носится по деревне, тебя ищет.

Не говоря ни слова, я бросился в Рассвет, где нашел Аврона и усатого парнишку. Усы он отрастил почти гусарские, а вот внешность к ним совсем не шла. И наоборот – тоже.

– Я выполнил твое задание, – сухо ответил Аврон.

– Спасибо, – я склонил голову в благодарности перед помощником. – Это – кузнец?

– Ученик кузнеца, – тихо ответил усатый. Так тихо, что его едва расслышал. – Меня зовут Рамон.

– Прекрасно, а ты… – я посмотрел на ученика. У него не было ни сумки с инструментами, ничего. – Ты хотя бы раз, хоть что-то ковал?

– Конечно!

– А своего инструмента?

– У меня его нет…

– Нет… – вздохнул я. – Ты, нам, Рамон, очень нужен.