Примкнуть штыки!

Не это ли всегда, в истории всех войн, и считалось высшей доблестью победителя?

– Вот только, сержант, патронов маловато. Один рожок. Ты бей короткими очередями. И учти, дальше чем на сто метров он бесполезен. Но в ближнем бою эта игрушка незаменима. А патроны десантники собрали. Ничего, добудешь и патронов. Сейчас вперёд пойдём. Так что знай, не зевай.

– Спасибо тебе, Гаврилов.

Помкомвзвода достал из кармана шинели стеклянную фляжку, буквально вырвал зубами пробку и протянул Воронцову:

– На-ка, хлебни.

Восстанови силы. Да и с почином тебя.

– Что это?

– Шнапс. Не очень крепкий. Но ничего, натощак и за первач сойдёт. Продезинфицируй кишку. Там у человека страх хоронится.

Воронцов сделал несколько глотков. Водка обожгла горло и теплом полилась внутрь. Состояние беспомощности постепенно проходило.

– А правда, хорошо.

– Г-га! – зарычал Гаврилов. Похоже, это настолько позабавило его, что он и сам запрокинул голову и шумно, с бульканьем, влил в себя некоторое количество шнапса.

Затем потряс фляжку, там ещё плескалось. – Ладно, ещё пригодится. Рану залить или ещё что…

– Спасибо, Гаврилов. Я вижу, тебе здесь больше нравится, чем в училище.

– Г-га! Сравнил! – Помкомвзвода засмеялся, блестя глазами. – Крепись, браток. Сухарь хочешь? Мы им сейчас, в этой деревне, горячего сала под шкуру зальём. Они встречных атак не любят.

Однако фронтальной атакой, широкой правильной цепью, как предполагалось вначале, брать населённый пункт они всё же не решились.

На внезапность рассчитывать было уже нельзя.

Старчак выслал вперёд группу десантников. Разведчики пробрались в село, сняли боевое охранение, ещё не успевшее окопаться вокруг церкви, и пулемётчика, засевшего на колокольне и контролировавшего огнём скорострельного МГ-34 не только подступы к селу, но и значительный участок шоссе. Вместе с разведчиками, перешагивая через истерзанные пулями и ножами тела немцев, на колокольню поднялся офицер-артиллерист.

В бинокль он сразу определил цели для батарей: несколько танков, тщательно замаскированных у шоссе северо-западнее села, одиночное противотанковое орудие, поставленное на прямую наводку, пулемётные расчёты, а вон, в глубине, за колхозной фермой, несколько миномётов на скрытых позициях. Немцы пришли в себя после первой неудачи и явно готовились к контратаке.

Для курсантов и десантников оставалось одно – опередить их новым ударом.