Освободитель и Миротворец. Русская история

Издатель газеты Михаил Катков считал реальные гимназии рассадником «нигилизма», а также говорил о «несостоятельности» реального образования как такового, которое именовал не иначе как «полуобразованием»[30 - Катков М. Н. Имперское слово. – М., 2002. С. 267, 268.].

Катков приобрёл большое влияние на Дмитрия Толстого и выступил в качестве идеолога нового реформирования гимназий.

Катков и Толстой считали необходимыми такие изменения в образовательной системе России, при которых безусловный приоритет закреплялся бы за классическим образованием.

В законопроектах, разработанных Министерством народного просвещения, статус гимназий предполагалось сохранить только за классическими гимназиями; реальные гимназии подлежали преобразованию в реальные училища, учащиеся которых получали бы, в основном, технические знания прикладного характера для дальнейшей деятельности в различных отраслях промышленности и торговли. При этом подчеркивалось намерение полностью закрыть выпускникам реальных учебных заведений доступ в университет.

Именно в избавлении университетов от выпускников реальных учебных заведений – выходцев из социальных низов, из разночинской и малообразованной среды, пропитанных идеями «материализма», атеизма и «нигилизма», авторы «учебной реформы» видели залог преодоления оппозиционных и революционных настроений среди молодежи и в обществе в целом.

Противниками замыслов Толстого выступили правительственные либералы – бывший министр народного просвещения Головнин, военный министр Дмитрий Милютин и председатель департамента государственной экономии Государственного совета генерал Чевкин.

На заседании Совета министров в январе 1871 года Александр II одобрил идеи Толстого, поддержанного шефом жандармов графом Шуваловым и министром внутренних дел Тимашевым.

Под руководством Дмитрия Толстого был подготовлен новый устав гимназий, утверждённый вопреки мнению большинства Государственного совета. В основе Устава гимназий 1871 года лежали идеи Михаила Каткова, который полагал, что гимназистов необходимо учить не самостоятельному образу мыслей, а дисциплинирующим ум точным и определённым знаниям и умению их применять.

Таким требованиям отвечало изучение древних языков и математики. Этими идеями и руководствовался министр народного просвещения Дмитрий Толстой, сумевший убедить в их правильности царя. Подготовленный под руководством министра проект гимназического устава встретил неоднозначное отношение в высшей бюрократии.