АНТИНАПОЛЕОН

Так, например, начальник артиллерии в армии Гоша генерал Дебелль 16 сентября писал Директории:

«Пишу вам весь в слезах:, граждане Директоры, находясь посреди плачущих друзей, и я не могу дать никаких разъяснений по поводу обстоятельств, отнявших у Франции генерала Гоша. Обладая крепким и пылким темпераментом, генерал Гош при этом, однако, был удивительно чувствительным, испытывал только живые и жгучие ощущения. Малейшие события он принимал чрезвычайно близко к сердцу. Революция только развила его темперамент; брошенный в этот большой водоворот, Гош использовал все свои возможности, чтобы достойно сыграть ту роль, которая была ему предначертана.

<…>

Примерно месяц назад он начал мучиться насморком и стеснением в груди. Это началось у него еще в Бресте, но тогда он не обращал на это внимания. На его спасение были брошены все силы; семь или восемь дней он испытывал сильные приступы удушья. <…>

Наконец, вчера вечером, после относительно спокойного дня, когда он даже мог заниматься делами, его страдания усилились, ужасное удушье привело к потере сознания, и через несколько часов неописуемых мучений он умер у меня на руках».

Начальник штаба армии Гоша генерал Ренье писал 17 сентября генералу Моро:

«Я присутствовал при последних минутах жизни генерала Гоша. Его астма мешала ему говорить и ночью вызвала удушье. Он письменно передал мне ряд вопросов о положении в армии, говорить он уже не мог».

В своих «Мемуарах» маршал Груши, служивший в 1796–1797 годах под началом Гоша, констатировал:

«15 сентября 1797 года юный герой, соперник Бонапарта и не менее великий военачальник, умер в Вецларе.

Вообще-то, полагают, что он был отравлен».

О том, что эта внезапная смерть не была следствием обычной болезни, поговаривали многие современники Гоша. Затем эти слухи материализовались в работах целого ряда авторов. В частности, французский историк Абель Гюго излагает следующую версию событий:

«Однако Гоша уже поразила болезнь, которая сведет его в могилу.

Этой болезнью сначала был объявлен обычный насморк, который он не желал лечить и от которого поначалу легко можно было бы избавиться, дав себе несколько дней отдыха… Болезнь быстро развивалась: Гош стал очень раздражительным, но, несмотря на советы врачей, он не прекращал заниматься делами Республики».

Далее Абель Гюго делает вывод:

«Было много версий смерти генерала Гоша; многие из них сводятся к тому, что действительной ее причиной был яд».