Запредельные Силы

– Хммм, – бабушка крепко задумалась.

Почему-то эта маленькая бабушка с белым платком на голове в льняном синем платье в цветочек сейчас казалась Максу далеко не тем человеком, который просто так их отпустит.

– Мы можем вам помочь с участком, – постарался он выдавить из себя слова, которые могли бы их освободить. Старушка его словно не слышала. Она стояла посреди травы, которая едва не накрывала ее с головой, закрыв глаза, как статуя. Друзья снова переглянулись.

– Не будете, значит, – сказала баба Люба.

– Ага, – кивнул Макс.

– Не будем больше, – добавил Витек.

– А выманивать котят на дорогу тоже не будете больше? – спросила старушка, усилив голос.

– Откуда вы знаете? – у Макса сердце буквально ушло в пятки. Этого не знал никто. Они лишь решили позабавиться и выбросили шумную пушистую игрушку на дорогу рядом с котенком. Тот выскочил на асфальт, а потом трепал игрушку, баловался с ней до момента, пока не проехал первый утренний грузовик.

– Я все знаю, живодеры. – Голос Любовь Михайловны звенел сталью.

– Пожалуйста, только не говорите родителям! – взмолились оба семнадцатилетних парня.

– Но мы просто… – начал было Витек.

– Я бы простила вас, если бы вы действительно просто забрались ко мне на участок. Но за ваши проступки, – она сделала шаг вперед и встала буквально в полуметре от ребят, – я вас отпустить не могу. Но я ничего не скажу вашим родителям.

– Смеешь судить нас, старуха?! – гневно закричал Макс, надеясь привлечь внимание людей с улицы.

– Не я, – мирно ответила старушка, – природа, против которой вы совершили все свое зло.

– Сумасшедшая! – он дернулся вперед, но не удержался на ногах и полностью упал в траву.

Витек с ужасом смотрел на то, как колышутся высокие стебли там, где только что стоял его друг. Сдавленные крики затихли практически моментально, а вот трава шевелилась еще пару минут. Он перевел взгляд на бабу Любу.

– Ну, а ты что скажешь напоследок?

– Это все не я, это он! – Витек ткнул пальцем в застывшую над телом Макса траву.

– Да ты еще врун и лицемер. Он был твоим другом, а теперь ты обвиняешь его – голос старушки звучал подозрительно тихо. – Неужели ты думаешь, что если я знаю о ваших проступках, то не знаю, что это ты привязывал камень к собаке. Не ты смотрел, как она тонет и рвется. Все люди делают гадости природе.