Русская Италия

Со своей стороны, Петербург, придавая важное значение учреждению дипломатического поста в Турине, назначил в сентябре 1782 года своим посланником в Сардинии опытного дипломата князя Дмитрия Алексеевича Голицына, друга Вольтера и других французских просветителей, почетного члена Петербургской академии наук, находившегося в то время в качестве полномочного посла в Голландии. Однако вскоре Д.А. Голицын вышел в отставку, и 7 января 1783 года посланником в Турин был назначен князь Николай Борисович Юсупов (будущий директор Эрмитажа и член Государственного совета), прежде выполнявший в Италии отдельные дипломатические поручения.

Н.Б. Юсупову поручалось «недреманным оком охранять интересы» России, «противное оным отвращать», «внушать Сардинскому двору о пользе ближайшего его с Россиею сношения», а также заботиться о благосклонном приеме русских торговых судов и военных эскадр, ежегодно отправляемых в Средиземное море.

Князь Юсупов выехал из Петербурга к месту назначения через Варшаву и Вену и 2 ноября 1783 года прибыл в Турин, где в тот же день нанес визит госсекретарю по иностранным делам графу де Перрону.

4 ноября он встретился с королем Виктором Амадеем III и, получив аккредитацию, приступил к исполнению своих обязанностей.

* * *

По-особому складывались отношения между Россией и Папской областью. Как известно, Папское государство зародилось в VIII веке, когда франкский король Пипин Короткий подарил папе территорию бывшего Равеннского экзархата, получившую название Папской области и Святого престола.

До объединения Италии в 1870 году столицей Папской области был Рим.

С давних пор Папское государство стремилось распространить свое влияние на православную Россию, большая часть населения которой исповедовала христианство. В частности, в 1472 году Рим предложил царю Ивану III вступить в брак с наследницей византийского престола Софьей Палеолог, тем самым склонив русского государя с помощью этого брака к церковной унии и признанию главенства папы.

Однако расчеты католического Рима не оправдались. Софья была принята в Москве как «царственная сирота», которая нашла пристанище в «единственном оплоте православия».

На протяжении веков отношения между Россией и Папской областью носили довольно напряженный характер. В основе политики Папского государства по-прежнему было стремление подчинить себе православную церковь и легализовать свои отношения с теми частями Российской империи, где проживали католики.