Жизнь и приключения русского Джеймса Бонда

Первые командировки во Францию

Когда граф Петр Александрович Толстой был назначен послом в Париж, Чернышев оказался в числе молодых офицеров, которые должны были составлять посольскую свиту, но государь замыслил совсем другое – он был избран для установления дружеских отношений с Наполеоном, выходивших за круг «официальной дипломатии».

Большей чести никто не мог достигнуть в чине и в летах Александра Чернышева!

Прибыв в Париж, молодой офицер Чернышев обязан был передать Наполеону письмо русского государя, а для этого он должен был быть официально представлен графом П.

А. Толстым.

Можно себе представить, как учащенно забилось сердце молодого человека, когда ему сообщили, что на другой день его ждут во дворце Тюильри…

Император французов был чрезвычайно разговорчив, когда пребывал в хорошем расположении духа, и в тот день он заговорил о действиях корпуса маршала Нея в Прусскую кампанию. Потом он вдруг заметил Чернышева и, пораженный видом двух новеньких наград на мундире молодого человека, сказал:

– А, вы один из недавних моих врагов! Где вы заслужили эти кресты?

Чернышев, щелкнув каблуками, бодро ответил:

– При Аустерлице и Фридланде!

Тема, интересная обоим собеседникам, была найдена.

Император продолжил расспрашивать русского офицера, а тот, ничуть не смущаясь, достойно отвечал на его вопросы, спорил и порой даже опровергал доводы великого полководца по поводу ведения упомянутых сражений.

Наполеону до такой степени понравились суждения и чистосердечие Чернышева, что он продлил разговор с ним более часа.

Граф П.А. Толстой был несказанно изумлен той непринужденностью, с которой присланный из Санкт-Петербурга юнец позволял себе говорить со знаменитым французом.

Юный поручик, забыв, что говорит с первым полководцем в мире, начал спорить и опровергать его показания. Стоявший за Наполеоном Толстой напрасно подавал ему знаки, чтобы он умерил свой жар.

Чернышев, не замечая этого, продолжал отстаивать честь русской армии и принудил Наполеона с ним согласиться. Эти смелость и самоуверенность солдата понравились Наполеону, и он с тех пор видимо отличал Чернышева.

    Николай ГРЕЧ

    «Записки о моей жизни»

После аудиенции граф П.А. Толстой не удержался и задал Чернышеву не вполне деликатный вопрос:

– В полном ли ты находишься разуме?

Но юный Александр тогда не нашелся, что ответить.