Жизнь Марии Медичи

Конечно, она была на 20 лет моложе Генриха IV, но под определение «маленькая» она, ну, никак не подходила.

Немецкий писатель Генрих Манн описывает ее так:

«Щеки ее, несколько обвисшие, дрожали при ходьбе. Лицо уже расплывшееся, нос длинный, но приплюснутый, а поблекшие глаза бессмысленно смотрят в пространство».

Биограф Генриха IV Франсуа Байру пишет:

«Невозможно себе представить женщину, более непохожую на Генриетту д’Антраг, чем Мария Медичи. Первая была худощавой, темноволосой, живой и жизнерадостной; вторая – полной, светловолосой, томной и преувеличенно стыдливой».

А вот биограф кардинала де Ришелье Энтони Леви утверждает, что Мария Медичи «была женщиной грубой, вульгарной, не блиставшей умом и абсолютно лишенной какой-либо изысканности и личного обаяния».

Говорят, что некрасивых женщин не бывает (продолжения этой поговорки не всегда приличны, поэтому приводить их мы не будем. – С.Н). А еще говорят, что лучше быть красивой, чем добродетельной, но лучше уж быть добродетельной, чем некрасивой.

К сожалению, Мария Медичи не отличалась ни красотой (это было видно сразу), ни добродетельностью (это выяснится очень скоро).

* * *

Было решено, что бракосочетание состоится во Флоренции – по доверенности, и король принялся искать человека, который смог бы представлять его в столь ответственных и торжественных обстоятельствах.

Выбор пал на герцога Роже де Бельгарда, который по приказу короля отбыл во Флоренцию с полным набором полномочий для проведения бракосочетания от его имени.

Он уехал в сопровождении свиты из сорока человек. Все они погрузились на корабль в Марселе и прибыли во Флоренцию в самом конце сентября.

На пристани их встретили сыновья Великого герцога Тосканского, а сам правитель Тосканы уже ждал делегацию в своем дворце. Герцог де Бельгард предъявил письмо от своего короля и на словах подтвердил цель миссии, с которой он прибыл.

Глава четвертая

Свадьба Генриха IV и Марии Медичи

Церемония этого весьма странного для нынешних времен бракосочетания по доверенности состоялась 5 октября 1600 года, и провел ее кардинал Пьетро Альдобрандини, специально присланный своим дядей – папой Клементом VIII.

Узнав, что все свершилось, Генриетта д’Антраг, находившаяся в Лионе, куда ее вызвал король, вновь поддалась приступу неописуемого гнева.