Бетховен

– Давай так, -заметил Франц, -Я подготовлю черновик к архиепископу, ты внимательно прочтешь, перепишешь… если согласен, и вместе с Вальдштейном подаш от своего имени. Это оптимальное решение.

Людвиг снова согласно кивнул. Друзья отпили по глотку.

– Почему не был в университете? -спросил Кюгельген.

– Сейчас столько всего навалилось, Просто не представляю, куда бежать. Все, что не делаю-

словно в песок! Кантата на смерть Иосифа-провал, не нужна, кантата на восшествие Леопольда-тот же результат. Бог свидетель, я стараюсь, но в сутках двадцать четыре часа, а

неделе семь дней, а у меня всего две руки.

Друзья молчат. Что тут скажешь? Людвиг мог бы рассказать о планах на братьев, но вряд ли

это нужно. Сейчас братья заметно подросли и теперь новая забота-пристроить их к взрослой жизни. По крайней мере, Каспара. С Иоганном пока подумает. Кюгельген решает переменить тему. Тихо, почти секретно, спрашивает:

– О Фостере слышал?

– Нет, -ответил Людвиг.

– Вот и видно, что не ходишь на лекции нашего аббата Шнайдера.

– С него такой аббат, как с меня балерина, -тихо заметил Вегелер.

– Он получает книги из самого Парижа. Слышал бы ты, что он говорил о Руссо. Мурашки по коже!

– Я слышал его лекцию о Канте. Попробую разобраться на досуге… если таковой случиться.

– Сейчас за Рейном что-то заваривается, -уже совсем тихо прошептал Кюгельген.

В подтверждении своих слов он вынул из бокового кармана сложенный вчетверо листок,

осмотрелся.

– Вот, переписал на лекции, это из Форстера.

«Мы ответим перед небом и землей, если упустим возможность установить у себя новый

строй».

Людвиг сложил листок и отдал его обратно.

– У меня много таких записок, -пообещал художник.

– За Рейном настоящая жизнь, -заметил Кюгельген.– Вольтер, Бомарше.

Друзья дружески молчат.

Наступал вечер, конец трудового дня. Маленький ресторанчик в это время наполнялся простым и не сильно простым людом: музыканты, писари, чиновники, секретари, мелкий

чиновный люд постепенно заполнял столики.

искушенный слух знатоков и любителей. На входе показались братья Ромберги. Приметив знакомую кампанию, замахали.

– Давай… -пригласил Людвиг.

Оба брата подсели к компании.

– Есть хорошие новости, -сказал Ромберг, -Наш архиепископ собирается на съезд своего ордена, поплывем по Рейну и Майну. Летом в следующем году. Сами они поедут по-суху, а мы

поплывем по волнам.