Запредельные силы: На пути к истреблению

Кухня, как и догадывался журналист, была в задней части дома, которая совсем не пострадала от огня. У стены стоял холодильник. Оттуда незамедлительно было извлечено все, что можно было съесть: немного колбасы, бутылка питьевой воды, несколько творожных сырков.

– Негусто, – пробормотал себе под нос Илья, захлопнув металлическую дверцу, глядя на еду, которая умещалась в одной руке.

Рядом он нашел хлебницу и вытащил оттуда пакет с хлебом. Потом взглянул на дату изготовления, с которой уже прошла неделя и решил оставить пакет на кухне.

На улицу вела еще одна дверь, расположенная в свободной от кухонных ящиков стене. Повернув вертушок замка, Илья выбрался на улицу, прошел вдоль дома и негромко окрикнул Олю, которая стояла спиной к дому. Та подпрыгнула от неожиданности, повернулась к Илье и вздрогнула еще раз.

– Ну ты и извозился!

– Уж как есть, – пожал плечами мужчина и кивнул в сторону рюкзака.

Девушка подняла его с земли и расстегнула. Часть продуктов убрали.

– Ты не можешь так вот есть, – поморщилась Оля, глядя на черные руки.

Салфетками, которые девушка предварительно запаслась, удалось убрать большую часть черноты с ладоней. Мелкая угольная пыль никак не хотела стираться. Ольга, сама перепачкавшись, скептически смотрела на то, как Илья переломил палку колбасы напополам руками.

– Придется, будем дикарями, – мужчина вяло улыбнулся.

Перемена в настроении показалась журналистке подозрительной и она, не донеся до рта кусок копченой колбасы, спросила:

– Что с тобой?

– Ничего особенного, – отмахнулся Илья и начал жевать теплую колбасу.

Девушка продолжала сверлить его взглядом. – Ну ладно, – сдался он. – Я не хотел говорить, но там сгоревший человек.

Олю передернуло и она отложила еду в сторону.

– Ты видел?

– Угу, – мужчина машинально поднес руку к ушибленному затылку, – вон там, в большой комнате.

– И как ты можешь есть после этого, – девушка убрала остатки колбасы в его рюкзак и больше не взяла в рот ни крошки.

Илья вздохнул. С такой брезгливостью далеко не уедешь.

Он тоже закончил с едой, посмотрел, во что превратились его светлые брюки и яркая футболка. На что только не пойдешь ради правды, утешил он себя и поднялся на ноги. Солнце еще не село.

– Давай, пройдемся по деревне, – обратился он к девушке. – Дотемна еще успеем что-нибудь посмотреть, а потом выберемся по этой дороге обратно на асфальт и пойдем в город. Сейчас ясно, если ночь будет лунной, все увидим, проблем не будет.

Девушка кивнула.