90-й ПСАЛОМ

Он не доверил механику-водителю комбата, сам сел за рычаги. Участок был из миноопасных, без асфальтового покрытия. Летели на скорости на случай закладки фугаса, чтобы взрыв пришёлся вскользь на корму, и тогда весь урон – только и всего, что швырнёт БМП вперёд. Рвануло посредине. Башня метров на десять отлетела. Командира взвода выкинуло из люка. Как огурец из банки вылетел. Кожу на спине от затылка до пояса сорвало вместе с одеждой, как и не было. Кровавое мясо на спине. Думали: всё… Нет, дышит. Андрею показалось и комбат живой.

Подбежал к нему, переворачивает, а из горла придушенный стон. С таким не раз сталкивался, голосовые связки трупа, когда ворочаешь его, издавали звуки, похожие на хрип. У капитана был расколот череп, умер мгновенно.

В самый первый день Андрея на «точке» пятерых воинов отправили в Кундуз, оттуда на «Чёрном тюльпане» навечно домой: старшину, сержанта и троих солдат.

Одни погибали, на смену присылали других. Такая «ротация». Уезжали домой отслужившие, и не было месяца без потерь.

И как уж там статистики насчитали за все годы войны всего пятнадцать тысяч погибших?..

Боевой кулак Тулукана – четырнадцать танков Т-62, четыре БМП-2, батарея артиллерии – шесть орудий, мотострелковый взвод, сапёры. Из живой силы чуть более ста бойцов. Как говорилось выше, в Тулукане располагался штаб батальона.

Практически каждую неделю они проводили колонну, а то и чаще в теплое время. С декабря по начало марта перевалы закрыты, работы было меньше. Сначала колонна шла в направлении Файзабада, а дня через три порожняком двигалась обратно.

На свой участок дороги выдвигались заранее.

– Проверим духов на вшивость! – неизменно говорил Валентин.

Сапёры исследовали дорожную колею, особенно участки без асфальтового покрытия, корректировщик давал цели артиллеристам – те с «точки» обрабатывали «узкие» места… Затем принимали колонну от соседей и вели её… Иногда колонна ночевала на плато у Тулукана…

Во главе каравана ставили машины с боеприпасами: если что случится у них с двигателем или с колёсами, танк берёт на крюки и тащит.

Излюбленные цели душманов «наливняки» – топливозаправщики. Это бомбы на колесах. Их распределяли по всей колонне. При поджоге тут же сталкивали танком с колеи во избежание затора. Что полная цистерна, что пустая горят со страшной силой. Подобьют, главное – людей спасти, пылающее железо быстрее на обочину. Не останавливаться. Тормознулись, стоячих мишеней – стреляй не хочу. В колонне пятьдесят и более машин.