Алеманида. Противостояние

Стороны готовились к осаде: отбирали союзников, пополняли ряды пехотинцев и заполняли закрома. Веспасиан пытался усилить поредевшую кавалерию, однако уступал в этом Калвагу. Кулак умудрился склонить на сторону Аттала знаменитых ютов с Британских островов, которые потеснили кельтов и пиктов.

Бельфор так задумался, что слегка потерялся в пространстве.

– А ну-ка уйди с дороги, бродяга!

Бельфор отскочил в сторону. Он увернулся от хлыста и пропустил отряд кавалеристов. Наёмник насчитал около двухсот тяжёлых парфянских всадников.

Возглавлял их Брадан – ранее опальный военачальник Аттала, вернувшийся с Ктесифона. Следом за парфянами гордым чеканным шагом шли лошади ютов, цокая копытами.

Бельфор смущенно смотрел на великолепие кавалерии. Он сомневался в успехе Аттала. Уж слишком напыщенными были речи Харольда, слишком уверен в себе Калваг и слишком возвысился Агарес.

Раньше варвары прикрывали тело высушенной дублёной кожей, трапезничали пивом с сыром и довольствовались утехами с жёнами. Теперь же доспехи сияли, из кубков лилось вино, а жены наскучили.

Мастера соревновались в видах плетения кольчуг, а виноделы – в количестве сортов винограда. Проститутки из Италии и Сирии разложили умы суровых северных воинов. Бельфор понимал, что виновато тлетворное влияние Рима с его тщеславием, похотью и чревоугодием. Авантюристы, кои не добились желаемого в Риме и Никомедии, устремлялись в галльскую глушь, неся скромный скарб и разлагающие плоть пороки.

В свои неполные семнадцать лет Бельфор понимал, что закованный в броню солдат не станет искуснее, умнее или храбрее.

Нетопыри одевались, точно попрошайки, сливались с обычными галлами, но могли дать фору гордецам в серебряных кирасах с мечами, украшенными драгоценными камнями.

Юноша знал несправедливости мира и войны. Во время сражения кляузники и прихлебатели конунга стояли на задворках, а почести забирали себе. В своё время сильные люди построили крепкую Галлию, но воспитали лентяев и высокомерных выскочек. Аттал этого не замечал, ибо сам был таким же – маленьким отпрыском большого человека.

На ум тут же пришёл Матайес.

Говорили, что Матайес шёл в бой с двумя короткими кинжалами. Без щита, в штанах и повязке. Полуголого варвара с косоглазием боялись все. Соратники даже шутили, что из-за природного изъяна враги не могут внезапно напасть на варвара: один его глаз смотрел всегда прямо, а другой – в сторону.

Матайес был главным берсеркером конунга Кенариха. Один варвар приравнивался к целому отряду.