Алеманида. Противостояние

– Он ведь не скажет Агаресу? – с надеждой спросил Эмрес

– Припугнуть он любит, но принципы чести для него незыблемы, – сказал Марвин. – Не переживайте. Бойтесь наставника. Он в последние дни лютует.

Бельфор тем временем шёл в крепость. Он проголодался, но не от тренировки, а из-за размышлений.

Гарнизон задрожал от топота конских копыт. Через ворота один за другим проскакали всадники. Бельфор раньше не видел таких одеяний. Но он не придал этому значения, ведь во время созыва войска в окрестностях Арелата бродил странный люд.

Юноша подождал, пока процессия покинет крепость, и вошёл внутрь, закрывая глаза и нос от пыли. Возле Бельфора остановился всадник. Резким движением рукояти кинжала он стащил с наёмника наголовник. Нетопырь невольно схватился за меч, но увидел добродушное лицо шутника и застыл в недоумении.

Из седла на него с улыбкой смотрел худощавый мужчина. Он не походил на разбойника, замыслившего драку. Его потускневшие латы украшала геральдическая насечка в виде существа, похожего на дерево или кракена.

– Не серчай, странник, – произнёс незнакомец. – Чудных вроде тебя я еще не встречал.

– Что же во мне такого чудесного? – произнёс Бельфор, сдерживая злость.

– Твое лицо. Неудивительно, что ты прячешь его. На твоём месте я бы делал так же. Не люблю внимание толпы. Это боевой раскрас?

– Отец был печником и засунул меня в печку. Утром я вылез таким.

– Как интересно! – мужчина захохотал. – Твой отец, видимо, был художником с Крита.

– Вам нравится смеяться над незнакомыми людьми?

– Отец запихнул дитя в печку, а на утро увидел его изувеченным. Что ж, незнакомый человек. Твой отец был мудр и всеведущ, раз нанес на твой лик древний символ иллергетов.

– Я не знаю, что означают эти символы. Просветите меня!

– Это знак богини Танит. В этом месте ты не мог узнать о нём. Можешь сходить к иллергетам. Возможно, они расскажут тебе свои легенды.

Бельфор не успел больше ничего спросить. Всадник поклонился и был таков.

II

Отряд гоплитов шёл к гарнизону Германика больше двух недель. Погода мучила непостоянством. Жара и духота сменялись проливными дождями; в мае грянул мороз, из-за которого гоплиты на несколько дней застряли в одной из разрушенных деревень. Доставила хлопот и Изера, чьи разливы превратили низины в непроходимые болота.