За морем где край земли

Опершись на древко, он встал у входа и ждал, не спуская глаз с приближающейся точки.

По снегу на лыжах бежал человек, а рядом с ним бежала собака. Псы бросили есть и угрожающе зарычали. Человек остановился шагах в двадцати от дома, снял лыжи, воткнул их в снег и пошёл вперёд, подняв руки перед собой раскрытыми ладонями вперёд.

– Я пришёл с миром! – крикнул он. – Ты ли тот, кого зовут Хрольвом-Мореходом?

– Да, так меня называли, – сказал Хрольв, не сходя с места.

Человек остановился, переводя дух. На его усах, бороде и даже бровях серебрился иней.

Лук и колчан со стрелами висели у него за спиной, а за пояс был заткнут костяной нож.

– Я Ульф сын Торира, – сказал он. – Но моё имя тебе незнакомо. Зато ты должен знать другое имя. Торгрейв Однорукий прислал меня.

– Однорукий, – Хрольв криво усмехнулся, словно вспомнив что-то. – Его до сих пор так называют?

Ульф кивнул.

– Я вижу ты долго шёл, – Хрольв древком копья отогнал собак в сторону. – Зайди в дом, согрейся.

Гость, опасливо покосившись на тускло сверкнувшее остриё, шагнул в дверной проём.

Хозяин не торопясь вошёл следом.

Очаг снова почти погас, и Хрольв принёс ещё немного хвороста.

– Выпей, – он протянул гостю горшок с дымящимся отваром.

Гость сделал несколько торопливых глотков.

– Благодарю. Я сбился с пути, пришлось заночевать в скалах. Хорошо, что я не встретил волков…

– Волков здесь нет, – равнодушно ответил Хрольв. – Я убил последнего осенью. Эти твари вырезали всех моих овец, поэтому пришлось с ними покончить.

Ульф сделал ещё пару глотков и отставил горшок. Хозяин встал, достал из угла кожаный мешок, развязал его и вынул оттуда пару кусков вяленого мяса и несколько рыбин.

– Поешь, – сказал он.

Гость опасливо покосился на разложенную перед ним еду.

– Ты ешь рыбу? – осторожно спросил он[1 - Считается, что жители Гренландии в силу каких-то неизвестных причин не употребляли в пищу рыбу – во всяком случае, при раскопках поселений викингов практически не найдено рыбьих костей.].

– Да, я ем рыбу, чтобы не сдохнуть, – всё так же равнодушно ответил хозяин.

 – А тот, кто следует этому древнему запрету, который выдумали наши бестолковые предки, наверняка дурак и ищет голодной смерти.

С этими словами он разломил рыбину напополам и принялся есть.

Ульф к рыбе не притронулся.

– Какими надо быть безмозглыми недоумками, – глядя в огонь, снова заговорил Хрольв, – чтобы жить впроголодь и давиться козьими потрохами, когда все реки и море вокруг полны рыбы.