Чужие небеса

Нет, она нам объяснила, что это не просто меч, а работа горского оружейника, который жил чуть ли не до Века Смуты и творил клинки только для великих правителей и великих воинов. Не ковал, а именно «творил». И каждый такой меч бесценен, не в смысле денег, а по сути своей. Для жителя Пограничья – это святыня, обладать которой немыслимая честь. Да и осталось таких мечей не больше десятка, причем все они находятся в руках вождей самых сильных кланов.

Вот Эбердин и обхаживает его каждый день, затачивая безукоризненно острое лезвие, доводя его до… Даже не знаю, чего именно.

То ли идеала, то ли совершенства.

И пусть ее. Каждый с ума сходит по-своему.

– Да чего вспоминать? – лениво ответил ей я – Весна везде весна. И здесь тоже.

– В этих песках не поймешь, какое время года на дворе – проворчала горянка – Днем всегда жарища, ночью холодища.

– Так сходи, погрейся – ткнул я пальцем в дальние барханы, на которых пылали десятки костров – С час пути будет, не больше.

– Завтра погреюсь – Эбердин легко вскочила на ноги, крутанула меч и наставила его острие на огни, отлично различимые в густоте ночи – Уж не сомневайся.

Глава вторая

Все так, все верно. Там грелись у огня те, за чью кровь и жизнь нам заплатили. Точнее – заплатят. Здесь не принято отдавать деньги заранее, и эта традиция нам до сих пор казалась странноватой. Как, впрочем, и то, что после с нами всегда рассчитывались сполна. Ни разу не обманули.

Впрочем, возможно дело было в том, что никто не рискнул бы обмануть самого Сафара.

Как ни крути, а за нашими спинами стоял именно он. Вслух этого никто не говорил, но мы же не дети, правда? Причем, полагаю, не все заказы до нас доходили, какие-то из них повелитель Халифатов мог счесть неуместными или просто ненужными, чтобы не обострять ситуацию на своих землях.

В данном же случае все было ровно наоборот. Там, на соседних барханах, сейчас веселилось, горланило и жарило мясо одно из кочевых племен, которое порядком наследило в окрестных селениях.

Несколько из них были сожжены дотла, какие-то изрядно разорены. У местных кочевников такое случается, ни с того, ни с сего, без какой-либо видимой причины они вдруг начинают жаждать крови, разбоя и насилия. Ладно бы голод там, или скот весь пал, хоть минимальное объяснение такому поведению имелось бы. Но нет – вот просто захотелось им пошалить. Вспомнить традиции предков.