История одной казачьей станицы

Атаманы обязаны были чуть ли не ежедневно объезжать ту или иную часть юрта и высматривать всё, чтобы всегда знать обстановку.

У дежурного по станичному правлению и дневальных по станичным службам, в том числе и по станичной конюшне, всегда в добровольных помощниках находилась стайка желающих услужить казачат. Помощниками они были добросовестными и старательными: заблаговременно оповещали об атаманской проверке, еду из куреней быстро всегда подносили, а ещё они были самыми внимательными и благодарными слушателями рассказов о казачьих подвигах.

Сейчас, около государственных и муниципальных учреждений оборудуется автомобильная стоянка, а тогда, в начале XX века, в любой станице у правления была устроена коновязь. Приехавший с хутора казак привязывал своего коня за чумбур (запасной третий повод) к этой самой коновязи. Про задержавшегося, долго решавшего свои вопросы в правлении казака говорили: «Надолго у правления зачумбурился».

Почти до 1-й Мировой войны казаки сохраняли самобытность в военной форме.

Например, носили шаровары – широкие казачьи штаны с лампасами. И это в то время, когда в остальной кавалерии в ходу были специальные кавалерийские брюки, названные по имени французского генерала Галифе.

В Новочеркасском музее истории донского казачества есть выставочные стенды с образцами казачьей военной формы. Такие же образцы есть и в музее военной формы в Москве.

Даже при всём желании эту форму особо удобной не назовёшь. Но именно в ней казаки отличались на полях сражений, и именно эта форма приводила в ужас врагов Российской империи.

В отчёте по достоинствам и недостаткам военной казачьей формы, проявившимся в боевой обстановке, говорилось: «Шинель для казака всё. Но за нею чувствовалось одно неудобство: на дожде она пропитывалась влагой и становилась очень тяжёлой, что, конечно, отражалось и на казаке, и на его лошади. Полушубок необходим. Мундир прост и удобен, но для груди стеснителен. Казаки охотно расстегивают его, где только можно. Кителя белого цвета были чрезвычайно неудобны в военное время.

Сапоги незаменимы и несравнимы. О шашке нечего говорить. Пики нуждались в окраске. Шпоры у большинства были растеряны. Плётка оказалась драгоценным инструментом».

Плётка, как выяснилось, в начале XX века оказалась драгоценным инструментом не только для приведения казачьего коня в движение, но и для других политических и особенно усмирительных целей, никак не связанных с боевыми делами лучшей части русской кавалерии.